Наследник для шейха (СИ)

Красавица с синими глазами на миловидном сердцевидном лице, с тонким остреньким носиком и пухлыми губами…

— Мелли! — кричит радостно и буквально обрушивается на меня с объятиями, и я прижимаю к себе сестричку, обнимаю ее и закрываю глаза.

Как когда-то в детстве. Мы вновь едины… Две половинки… одного целого… Ощущаю аромат клубники…

Мы даже пахнем одинаково. Как мне кажется. Может, все из-за того, что обе предпочитаем одни и те же средства по уходу, выбор у нас всегда одинаковый, но все же… все же… может, это еще одна отличительная черта близняшек, которых даже родной отец с самого детства не отличает…

А вот мама… всегда… каким-то чутьем, сердцем…сколько бы мы в детстве ни пытались ее обмануть, подшутить, притворяясь друг другом, она всегда определяла, кто есть кто…

— Кара… — выдыхаю, и почему-то глаза от слез печет, моя сестра выпускает меня из объятий и ловит мой взгляд, — как я скучала…

— И я, сестричка…

Отпускает меня, и я вижу, как мама прижимает к груди мою сестру, как плачет, проводя по длинным шелковистым волосам рукой.

— Доченька… Карочка моя…

Мама протягивает мне руку, будто приглашая к ним, и я так же обнимаю двух самых дорогих сердцу женщин…

Выдыхаем и улыбаемся, когда к нам выходит грузный мужчина. Отец смотрит на нас своими темными глазами.

— С приездом, Аглая, — произносит, глядя на мать, даже не мигая.

— Самир… — отвечает мама и застывает под внимательным взглядом отца.

— Я рад, что вы приехали домой, — улыбается, переводит взгляд на меня…

— И мы рады, папочка, — отвечаю, пытаясь смягчить острые углы, и прохожу вперед, застываю перед отцом, не осмеливаюсь лезть к нему с объятиями…"

"— Аглая… Мелина… мы рады вашему приезду… — слышу мелодичный голос, наполненный патокой и медом, вздрагиваю.

Сжимаю губы лишь на короткое мгновение, чтобы не заорать, потому что я думала… вернее, надеялась… что этой встречи не произойдет…

По крайней мере, не сегодня…

— Фатима, — коротко кивает мама, при этом расправляя плечи и вскидывая подбородок, явно не намереваясь демонстрировать слабость перед той, которая семью нашу разбила…

Все же я понимаю маму.