Наследник для шейха (СИ)

По ощущениям меня запихнули в клетку со злым львом, который только начал забавляться со своей жертвой…

Вжимаюсь в дверь, когда мужчина подходит, дергаюсь в сторону, но тяжелая рука Аяза ложится у моей головы, отсекая все возможности к отступлению. В каждом его движении скрытая ярость.

Не убежать мне…

— Я буду к тебе подходить. Мелина. Буду касаться. Буду делать все, что пожелаю, а ты будешь кричать от наслаждения и просить еще…

Его горячий шепот я на коже чувствую и жмурюсь изо всех сил, чтобы в это агрессивное лицо не смотреть.

Меня начинает колотить от страха. От предвкушения. От любви и от моей внутренней агонии, но я вскидываю подбородок и выговариваю с отчаянием:

— Я не буду твоей игрушкой, Макадум! Не буду твоей рабыней и наложницей не стану Я не буду тебе принадлежать!

Аяз раздвигает чувственные губы в опасной ухмылке, дает понять, что бежать мне некуда, когда оглушает словами:

— Ошибаешься, Мелина, ты уже принадлежишь мне, ведь ребенок, которого носишь — мой…

Глава 46

С неверием смотрю в лицо мужчины, которого люблю…

— Не шути так, Аяз.

Неожиданная мысль опаляет… Сомнения, которые все это время старательно гнала от себя, но… именно сейчас будто плотину прорывает, и я говорю с отчаянием.

— Тебя столько не было, Аяз! Ты… жил своей жизнью… со своей женой! С Моей сестрой! Ты… понял, что я не она спустя столько времени…

Меня бросает в самый настоящий озноб.

— Ты… ты спал… с моей сестрой?!

Выговариваю, едва размыкая губы…

— И сейчас… со мной…

Вцепляюсь пальцами в волосы. Начинаю драть их на себе, чтобы причинить себе физическую боль, чтобы от душевной агонии отстраниться, потому что меня будто в чан с кипящим маслом опустили и я погибаю…

Так больно… так больно мне еще никогда не было.

Шейх будто зверь нападет на меня, пытается отодрать мои руки, но я намеренно полосую себя. Во мне какая-то тьма просыпается и хочется навредить себе, оставить кровавые борозды на собственном лице, чтобы содрать его прикосновения.