Наследник для оборотня (СИ)

— Ну что, открываем? — Маттиас с сомнением рассматривал саркофаг и тыкал в него ногой.

— Естественно. — Дагмар опустился на колени напротив Марины. — Я не собираюсь тащить его в машине."

"Марина не знала, куда деть глаза. Взгляд, помимо воли, возвращался к Дагмару. Невозможно было не смотреть, как напрягаются мышцы его рук, когда он легко разрывал цепь за цепью.

— Тебе не холодно? — Марина почувствовала, что краснеет от того, как хрипло и восхищенно звучит собственный голос.

Дагмар удивленно посмотрел на нее:

— Нет.

Рядом опустился Маттиас:

— А за тебя почему не переживаешь?

Дагмар встал и оттащил Маттиаса в сторону:

— А что за тебя переживать? Ты живучий, как вирус. Ладно, посмотрим, что тут.

Дагмар сбросил цепи и отодвинул крышку саркофага. Было видно, что даже ему тяжело — похоже, кто-то постарался, чтобы гроб никогда не был вскрыт.

Наружу вырвалось облако пыли и спертого воздуха, пропитанного жутким запахом гниения.

Щеки коснулся холодный сырой ветер.

— Наконец-то… — Ее посиневшие пальцы с поломанными ногтями коснулись края гроба, и крышка сама отъехала в сторону, падая на землю.

— Твою ж мать! — Маттиас едва успел отскочить, пока тяжелый камень не придавил ему ноги.

— Она здесь… — Радван вертел головой, явно ощущая чужое присутствие.

— Да, — Марина взглядом указала на место рядом с собой, — она здесь.

Собравшись с духом, она заглянула в гроб.

Сколько бы сегодня ни готовила, все равно оказалась не готова к тому, что увидела. Наверное, к такому вообще невозможно подготовиться.

Внутри, обмотанное истлевшими и потемневшими от времени тряпками, лежало тело. Были видны только ноги — обтянутые кожей кости, и часть обезображенного лица, скрытого широким покрывалом.

Но самым удивительным был белоснежный венок, лежащий рядом. Цветы, из которых он был сплетен, казались едва срезанными. Они источали легкий приятный аромат, а по бархатистым на вид цветкам, стекали капельки влаги.

Призрак взвился в воздух, словно облако дыма.

— Остались еще двое… Найди их…

Она просто растворилась. Словно ее и не было. Превратилась в туман, который тут же развеял налетевший ветер.