Наследник

– С чего вы…

Илем поворачивается ко мне вполоборота и улыбается, смотря на мою реакцию. Я вижу в её глазах смешинки. Но тон спокойный и, что злит больше, поучительно-снисходительный.

– Не переживайте. Вы очень быстро научитесь. И я уверена, что не станете допускать ошибок многих ваших предшественниц.

Проглатываю эту насмешку. Наши взгляды скрещиваются. И я понимаю, подругами нам не быть ни с кем. Илем старается быть милой, но она, так же как и Морель не имеет грани, но предпочитает этого не показывать так рьяно.

– А что с ними? Их казнили? – обеспокоенно спрашивает Сирен.

Диара и Илем взрываются смехом, но быстро успокаиваются, так как это полное противоречие этикету. Леди не должна бездумно придаваться веселью в неподходящие моменты. А мерное шествование по коридору под взором стражников, явно не подходящая ситуация для такого проявления чувств.

– Нет! С чего вы взяли? Откуда в вас столько кровожадности? – подтрунивает Илем.

Сирен переводит на меня обеспокоенный взгляд. Огромные синие глаза выдают её с головой.

– Так что же случилось?

Мне приходится сказать эти слова. Сказать для того чтобы Илем снисходительно ответила:

– Просто они со временем становились чем-то вроде Морель.

Вот она женская дружба… Пару минут назад мы все улыбались друг другу. А сейчас за спиной обсуждаем ЭТО!

Переглядываюсь с Сирен.

Несмотря на то, что мадам Шанталь убедительно попросила нас отправиться в сад, я направляюсь в библиотеку для того, чтобы взять что-то почитать, предварительно проследив за тем, как в свои покои направилась Сирен. Она никогда не любила книги, она не видела в них ни утешения, ни развлечения, гораздо больше Сирен привлекало рисование.

А мне…

Мне срочно нужно отвлечься. Мысли непрекращающимся водоворотом и понимание, что нас всю жизнь ограждали от этой жизни и сейчас бросили в водоворот событий, не дав даже вдохнуть полной грудью.

Становится неимоверно сложно оценить ситуацию! Получается всё, чему нас учили, что рассказывали это всё совершенно не так?! Мы росли в соответствии с нормами морали, теми, что нам преподавали учителя и гувернантки, что говорил папа. За эти два дня я поняла, что мир оказался не тем.