Наследие аристократки

Брат сначала все отрицал, потому что считал эту историю позором и не хотел пятнать память о Томми. Но потом его сын мне перезвонил и рассказал, что отец во всем признался. Так что я собираюсь к ним в гости. – Валери говорила как ребенок, получивший подарок на Рождество.

– Они достойные люди? – Филипп волновался – он не хотел, чтобы с его мамой что-нибудь случилось. Валери вела себя немного наивно, и эти Бэбкоки, о которых она ничего не знала, могли воспользоваться ее добротой.

– Вроде да. Том, мой двоюродный брат, – архитектор и женат на хорошей женщине.

Я говорила с ней по телефону – она работает дизайнером интерьеров. У них четверо взрослых детей и много внуков. Они живут в Санта-Барбаре. Тому шестьдесят пять, а Энджи младше его на несколько лет. Уолтеру, брату моего отца, девяносто четыре, и он очень слаб здоровьем.

Филиппа удивило, что мать успела узнать так много о своих новых родственниках.

– Да, ты времени зря не теряла. Мне поехать с тобой? – У него были планы на выходные, но он мог их отложить.

Ему не нравилось, что мама отправится к незнакомым людям одна.

Но Валери это совсем не заботило. Она воспринимала поездку в Калифорнию как небольшое приключение.

– Конечно, нет, – сказала она. – Я еду только на выходные. На следующей неделе у меня назначено много встреч в совете музея.

– Ладно, позвони мне оттуда. В каком отеле хочешь остановиться?

– В «Билтморе».

Филипп успокоился и, когда прощался с матерью, даже улыбался.

Вечером он встретился с Джейн.

Это было их второе свидание. Неделю назад они ходили в кафе и в кино. Филипп заехал за ней и увидел мельком ее маленькую квартиру. С помощью обычных вещей, купленных в «ИКЕА», Джейн сотворила настоящее волшебство и превратила стандартное помещение в уютный дом. Его мама тоже умела творить такую магию. А на следующие выходные Филипп пригласил мисс Уиллоуби на яхту. Джейн с радостью согласилась.

Решение Валери лететь в Калифорнию она расценила как смелый шаг, о чем и сказала Филиппу.

– Поездка очень много для нее значит, – объяснил он. – В детстве она чувствовала себя изгоем, родители постоянно ее ругали, и поэтому мама так рвется узнать своих настоящих родственников. Ты понимаешь, о чем я?

– Конечно. Мы теперь знаем ее прошлое и лучше представляем, как тяжело ей было расти с людьми, которые видели в ней позор семьи.

– Да, и она очень отличается от них и от Винни. Моя мама гораздо добрее. Наверное, Маргерита тоже была такой.