Наследие аристократки

Но мама все равно любила время от времени советоваться с сыном по этому поводу.

– Как насчет воскресного вечера? – предложила Валери.

– Отлично. Приятных выходных!"

"Филипп попрощался, но мысль, что проблема у мамы серьезней, чем всякие акции и страховки, его не отпускала. Филипп надеялся, что она не солгала и у нее все в порядке со здоровьем. Он был единственным ребенком и чувствовал особую ответственность по отношению к ней. Да, мама выглядела очень молодо и была независимой и активной женщиной, но возраст – а ей исполнилось семьдесят четыре – никто не отменял.

Все выходные Лоутон думал не только о маме, но и о Джейн. Филипп хотел позвонить ей и рассказать о своей поездке и о том, что ему удалось узнать о Маргерите. Он решил опять пригласить мисс Уиллоуби на обед. Филипп провел настоящее расследование в Европе, и ему не терпелось поделиться его результатами.

Пока Филипп проводил время на яхте, Джейн переезжала в свое новое жилище – маленькую квартиру с одной спальней в районе Митпэкинг[13], недалеко от Алекс.

С тех пор как Джейн ушла от Джона, от него не было никаких вестей. Он словно забыл о ее существовании, вычеркнул навсегда из жизни. Ее это злило, но не более того. Джейн знала, что бывший парень теперь жил с Карой, но особой ревности не испытывала. Это был хороший урок для нее, и она сожалела, что не рассталась с Джоном много месяцев назад, когда их отношения совсем испортились.

В конце недели Джейн взяла отгул и поехала в «ИКЕА», чтобы купить все самое необходимое в квартиру – ведь у нее не было даже мебели. Алекс приехала к ней на помощь, и оказалось, что она прекрасно управляется с отверткой и инструкциями. В воскресенье вечером Джейн въехала в квартиру, которая выглядела прекрасно. Это было начало новой жизни. Они с Алекс организовала что-то вроде новоселья – сделали попкорн и посмотрели фильм.

В воскресенье Филипп уехал с Лонг-Айленда чуть раньше, чем обычно. Шел дождь, и он знал, что на дорогах будет много машин, а ему не терпелось увидеться с мамой. Купив бутылку ее любимого розового вина, в пять вечера он уже нажимал на кнопку звонка. Валери открыла и удивленно воскликнула:

– Ты рано! – Судя по голосу, это ее обрадовало – как и бутылка вина, которую Филипп ей вручил.