Наследие

– Но ты не хочешь за меня замуж.

Мое разочарование возвращается с полной силой.

– Ты знаешь, что я хочу за тебя замуж. Просто не прямо сейчас.

– Какая разница, сейчас или через год? – спрашивает он с вызовом.

– Я серьезно должна объяснять это снова? Я буквально только что сказала тебе, что я чувствую по этому поводу. Ты просто выбираешь не слушать! – Я вздыхаю, пытаясь успокоиться. – Каждый раз, когда мы обсуждали это раньше, ты говорил, что можешь подождать.

– Ну, может, я не могу ждать. Может, я хочу жениться.

– И почему все всегда крутится вокруг твоих желаний?

– Нет, очевидно, все всегда крутится вокруг твоих желаний.

– Ерунда. – Теперь он ведет себя по-свински. – Мы все время находим компромиссы. Наши отношения всегда строились по принципу пятьдесят на пятьдесят. Дин, ты это знаешь.

– Что я знаю, так это то, что я хотел сделать своей девушке предложение сегодня, а она не хочет и слышать об этом, так что… к черту все это.

Он со стуком ставит бокал на стол и отодвигает стул. Он даже не смотрит на меня, когда встает и направляется к двери.

– Дин! – кричу я вслед.

Но он уже вышел из роскошной столовой. Мгновение спустя я слышу, как звякнул лифт, спускающийся в отель «Хейворд-Плаза».

Я сижу на месте, пялясь на пустой стул Дина, и спрашиваю себя: что, черт возьми, только что случилось?

Глава десять

Элли

Дин со мной не разговаривает. Прошло два дня с момента несостоявшегося предложения, и он совершенно определенно игнорирует меня. Что еще хуже – в последние пару дней у нас ранние утренние съемки, а это значит, что я должна вставать в четыре утра, чтобы успеть в студию к пяти часам.

Он ведет себя как ребенок. Он даже не пытается понять мои доводы или признать, что я, возможно, не готова к свадьбе или помолвке и всей этой взрослой ерунде.

Так что после сорока восьми часов жизни в мавзолее, когда Тревор пишет мне, приглашая в клуб с еще несколькими звездами, я благодарна за эту возможность отвлечься.

Конечно же, в тот момент, когда Дин находит меня в спальне надевающей блестящее платье, он тут же решает, что снова разговаривает со мной.

– Куда идешь? – бормочет он, прислоняясь к косяку нашей гардеробной.

– В клуб. С Тревором, Серафиной и Малкольмом. И, может быть, Эви.