Наследие

Вместо того чтобы искать Макса или спешить в Максель, он заставил меня пристать к берегу, где ввязался в чужой бой. Причем вел весь отряд сюда, точно зная, что происходит в этом месте.

Но удивление Тиландера на этом не закончилось: когда шум битвы стал затихать и противник бежал — из скособоченных домиков стали появляться женщины и дети. Оба американца остолбенели, когда из пары домиков показались белые женщины, чьи длинные до пят платья напоминали одеяния сельских женщин из их времени. ""Пленницы, белые приходили освободить похищенных женщин"", — мелькнуло в голове Тиландера.

— Что они делают? — шепотом, словно боясь, что его услышат, спросил Лайтфут.

— Откуда я знаю, ищут кого-то, — огрызнулся Тиландер, смотря на поведение женщин.

Одна из женщин присела на корточки рядом с убитым неандертальцем и заплакала. Ещё одна остановилась в трех метрах от Тиландера и обратилась к нему на языке Русов, заставив американца удивиться:

— Кто ты?

— Меня зовут Герман, — растерянно ответил американец, — я из Макселя.

— А я раньше жила в Будилихе, мы все там жили, пока Сан-Техе не взяли город. Макс Са оставил нам жизнь, мы ушли вместе с Сан-Техе, но встретили отряд Русов. Смогла спастись только половина Сан-Техе и лишь небольшая часть женщин.

Тиландеру на мгновение показалось, что он ослышался: Русы пришли добить дикарей, а он приказал напасть на своих соплеменников? Но главное было не в этом: в разговоре женщины прозвучало имя Макса.

— А где сам Макс Са? — он напряженно ждал ответа. Женщина пожала плечами:

— Кто знает где он… Он уходит на небо, потом возвращается. Его сжигают — но он не умирает. Говорили, что он выше дерева и седобородый старец, но выглядит совсем молодым.

Закончив, она подошла к плачущей женщине, положив ей руку на плечо:

— Не плачь, Мина, ты не останешься без мужчины.

Остолбеневший Тиландер пытался связать воедино всю информацию: среди вышедших из хижин бóльшая часть — женщины-неандертальцы, везде бегали детишки, подбирая и споря за оружие погибших воинов. Периодически какая-то из женщин находила своего родного, и поляну между хижинами оглашал очередной плач.