Герцогиня в изгнании

Кассиан ведь дал мне столько подсказок, возможно сам того не желая, но благодаря его упоминаниям того же учителя можно будет отыскать нужную информацию в библиотеке. Да и желательно до его возвращения, чтобы он не успел нужные книги спрятать.

— Госпожа, я могу вас кое о чём попросить? — прервал мои размышления Шейт.

— Слушаю тебя, — с готовностью ответила, посылая ободряющую улыбку.

— Если вы не против, то я хотел бы покинуть Хильдем, — прозвучали слова как гром среди ясного неба. И прежде чем меня захлестнуло недопонимание, Шейт замахал руками и зачастил: — Нет, нет, не подумайте, что из-за обиды.

— В чём сознаться? — спрашиваю с замиранием сердца. — И куда ты пойдешь, если покинешь мои земли?

Подняв на меня виноватый взгляд, Шейт на одном дыхании выпалил:

— На самом деле я… Шейтвил Кантиский, пропавший жених княжны Годланда.

После затяжной паузы, мне пришлось сделать глубокий вдох и очень медленный выдох, чтобы не прокричать в моложавое лицо что-то вроде «Так какого демона ты молчал об этом!» Как-то слишком много свалилось на меня за сегодняшний день… Чашечка, или скорее ведро, крепкого чая с ромашкой мне точно не помешает.

Пока нервы шалили, моё стратегическое мышление уже вовсю прикидывало, как разыграть так удачно подвернувшуюся карту. Я, конечно, предполагала, что Шейт из знати (дорогой охотничий костюм, манеры и общее ощущение трудно не сложить воедино), но догадаться что он именно тот пропавший аристократ, о котором трубили в соседнем княжестве на каждом углу, не смогла.

В итоге сдержав всё возмущения — что взять с влюбленного упыря — я деловито спросила:

— Думаешь, сможешь скрыть ото всех свою новую сущность и при этом занять трон за два месяца?

— Уверен, — последовал твёрдый ответ, который не тонко намекнул, что Шейт околачивался где-то рядом ещё при нашем разговоре с Эдвином.

Откинувшись на спинку дивана, пристально посмотрела на уверенного в себе упыря и спокойно сказала:

— Что ж, тогда дерзай. Делай так, как считаешь нужным. — И прежде чем Шейт успел обрадоваться моей вере в него, я резко добавила: — Но у меня два условия. Первое — никаких невинных жертв. Утоляя свой голод, не позволяй себе отнять чужую жизнь. И второе — если тебе будет грозить опасность, не рискуй и сразу же возвращайся обратно.