Герцогиня в изгнании

Мало того, что кое-кто показательно обратился ко мне слишком неформально, так он ещё и выглядел максимально неприлично: обнажённый торс виднеется в распахнутом халате, брюки опасно держатся на бёдрах, то и дело, грозясь спуститься непозволительно низко, и весь его вид будто кричит о том, что он только-только покинул постель.

«Притом мою…», — пришла почему-то мысль, когда я заметила свою ленту, стягивающую чёрные волосы у затылка Кассиана, чей край покоился на широком плече, притягивая к себе внимание. Мне кажется или он это нарочно?

Эдвин с таким же вытянутым лицом, как и у меня, изучил вторженца, потом обернулся ко мне, чтобы видимо уточнить, кто это, но тут его взгляд упал на мою руку как назло во всей красе демонстрирующей знак.

Почему-то стало безумно стыдно — будто меня поймали с любовником. Но это ведь чушь! Да, мой муж где-то там имеется, но у нас с ним брак, который и браком-то нельзя считать.

Ситуацию спас, а точнее просто избавил меня от объяснений (которые я вообще не обязана давать!) мастер Дрир. Цверг как обычно ввалился ко мне с приветствиями и полной готовностью отчитаться за очередную проделанную работу.

Эдвин воспользовался этим, чтобы уйти, оставив после себя прохладное:

— Не буду отвлекать. Провожать не нужно. Как пользоваться аркой я знаю.

Мой взгляд метался между главой цвергов, нетерпеливо топчущимся рядом, спешно удаляющейся спиной Эдвина и Кассианом, все так же расслабленно стоявшим у входа. В итоге махнув на всё рукой, переключилась на мастера Дрира, краем глаза отметив то, какими взглядами обменялись мужчины, когда Эдвин проходил мимо Кассиана — в карих глазах сверкала угроза, а в тёмно-малахитовых насмешка.

Как следует поразмыслить над увиденным мне не дал цверг, раскладывая на пустой части кофейного столика обновленные чертежи. Так что пришлось вникать, чтобы понять, что уже сделано полностью, что не успевают завершить до скорого бурана, и чем тёмные мастера будут заниматься во время него.