Наше вам с кисточкой, босс (СИ)

— Некоторых сотрудников так редко видишь, что случайно встретившись вне офиса, не узнаёшь.

А вот я её голос запомнила. Обернулась, готовая встретить насмешливый взгляд, и не ошиблась. Марина Зарецкая собственной персоной, расфуфыренная, как на приём у английской королевы, рассматривала меня в упор. Платье из какого-то бутика. На чёрном футляре висела сетка из сплетённых паутиной золотистых цепочек. Наверняке, гремела при ходьбе или хотя бы позвякивала. Волосы начальница моего отдела уложила крупными волнами, губы накрасила алой помадой, а на глазах нарисовала агрессивные стрелки.

— Добрый вечер, — поздоровалась я, стараясь убрать сарказм из голоса.

— Просто ужин, — Зарецкая сквасилась, заметив мои вышитые сапожки. — Соскучилась по местной кухне. А ты какими судьбами?

Не помню, когда мы переходили на ты, но ящик Пандоры претензиями лучше не открывать. Я вообще здесь с Давыдовым. Как бы незаметно улизнуть к нему за столик и не попадаться больше на глаза рыжей мегере?

— Тоже проголодалась. Пойду, пожалуй, а то листья салата на тарелке завянут, веточка рукколы высохнет.

— Всё собрала, — усмехнулась офисная ведьма. — Рукколу в цезарь не добавляют. Что ж высокий покровитель не обучил свою протеже манерам? Или верно говорят, что можно вытащить девушку из деревни, но вытащить деревню из девушки никак нельзя?

И этот человек ещё запрещал мне хамить на работе? За подобные выпады в художественной академии холсты с курсовыми работами тушью заливали. А на районе, где я выросла, морду били.

— Приятного аппетита, — отрезала я и повернулась к ней спиной, твёрдо намереваясь не портить больше аппетит себе.

"И тут Марина Эдуардовна увидела Давыдова. Её лицо от удивления вытянулось раза в два. Любая африканская ритуальная маска сдохла бы от зависти. Глаза округлились, рот приоткрылся в немом вопросе. Сергей Геннадьевич не захотел к нам подходить. Приветственно улыбнулся и помахал издалека рукой.

“Всё, — прозвучал у меня в ушах замогильный шёпот Паши Суворова.