Наше вам с кисточкой, босс (СИ)

Шумят, носятся по залу, мешают гостям. Серёжу чужой комфорт не волновал. Оставлять наших сыновей с няней он отказался наотрез.

“Пусть они видят, какая у них талантливая мама,” — строго ответил он на мои робкие уговоры.

— Мама, — завизжал Валера и первым бросился ко мне.

Младшенький как раз ел шоколадку, так что моё бежевое платье ждала катастрофа. Я успела подумать, что вести светские беседы с пятнами в виде детских ладошек на юбке будет неудобно, но останавливать ребёнка не посмела. Если кто-то из Давыдовых хочет обнимашек, он получает обнимашки или устраивает скандал.

Настоящие проблемы случаются, когда обнимашек хотят оба младших Давыдовых. Почему-то всегда одновременно. Геннадий Сергеевич бросился наперерез и толкнул младшего брата плечом.

— Моя мама!

— Нет, моя!

— Брейк, ребята, — Серёжа как всегда появился словно ниоткуда и спас меня. Ухватил младшего за рубашонку, а старшего прижал к себе. — Руки мыли? Вижу, что нет. Шоколад доели? Отлично. А ну шагом марш искать раковину.

— Не надо, — попросила я, открывая сумку.

— Туалет здесь далеко, а влажные салфетки близко. Сейчас быстро наведём порядок на лицах. Вы ж мои сладкоежки.

Ребята притихли, позволяя родителем со всем нежностью оттирать шоколадные разводы со щёк, губ и носов.

— Хочу дочь, — в десятый раз проворчал мой муж. — Девочки — они же как принцессы. Милые, добрые, аккуратные.

— Твоя дочь будет ещё большей бандиткой, — фыркнула я и положила ладонь на живот. Определить пол на таком раннем сроке невозможно, но я была уверена, что будет девочка.

  — Ты в третий раз мне сюрприз портишь, Давыдов. Не стыдно?

— В смысле? — у него лицо вытянулось, и рука с влажной салфеткой замерла. На несколько мучительно долгих мгновений Геннадий Сергеевич остался без внимания. — В третий? Ты не шутишь? Тест сделала?

— Дважды, — ответила я, с удовольствием любуясь его реакцией. — Хотела сначала к врачу сходить, но ты же не мог потерпеть до завтра. Нужно было меня обязательно спровоцировать.

— Матерь божья, куда нам третьего? — простонал Давыдов и схватился за голову.

Но слишком долго имитировать ужас не смог. Его выдала широчайшая улыбка. Рад был будущий отец, счастлив. — Только учти, дражайшая супруга. Третья точно должна быть девочкой. Иначе я буду как Розарио Агро из “Невероятных приключений итальянцев в России” орать в телефон, что научу тебя рожать.

— В таком случае будешь четвёртого сам рожать, — фыркнула я. — Чтобы уж точно всё, как по заказу. И милая, и добрая, и аккуратная. А я так не умею.