Наше шаткое равновесие

— Полина, мама дома, — открываю дверь в квартиру, слыша топот ее ножек.

— А папа где?

— На работе. Вы кушали с Юлей?

— Да.

— Чего ели?

— Пиццу.

— Юля!

Сестра лениво выползает мне навстречу."

"— Ну чего ты так разнервничалась? Мы всего один раз.

— Я не против пиццы как вкусняшки, но я очень против, если она подается как полноценный прием пищи.

— Все, я, пожалуй, домой поеду. Злая ты какая-то сегодня.

— Нормальная я, просто я же просила.

— Я уехала, — чмокает меня в щеку и быстрее ветра уносится за дверь.

— Мам?

— Что?

— Я тут подумала, если ты родишь мне братика, то будет хорошо. Он будет игрушки убирать и кашу невкусную за меня есть.

Обнимаю свое маленькое солнышко, а сердце отбивает бешеный ритм. Я смотрю, наша дочь вся в своего любимого папочку. Главное, найти для себя выгоду. Во всем.

— И кто тебя на такую мысль натолкнул?

— Тетя Юля. Она сказала, что ты всегда убирала игрушки в детстве, а она нет.

— Тетя Юля, значит, какая она у тебя молодец.

Эпилог

ЖеняДождь. Теплый летний дождь.

Забегаю в зал нашего ресторана, почти сразу наталкиваясь на Синичкину.

— Лиза, все хорошо?

— Евгения Андреевна, конечно. Не переживайте.

— Моя ты хорошая. Торт готов?

— Да, я распорядилась, чтобы его погрузили к вам в машину.

— Спасибо.

— Посмотрите, пожалуйста, я тут кое-что набросала.

Моя помощница и просто замечательная девочка Лиза подает папку с документами, улыбаясь своей неотразимой улыбкой. Лизе двадцать, она еще учится на заочке, но с неземным превосходством справляется со всем, что я ей поручаю.

У нее проблемы с родителями, но суперкреативная голова, из-за которой, собственно, и происходят все прения в ее старомодной семье. Возможно, это громкое слово, но, когда родители навязывают свои устои, совсем не вписывающие в современную реальность, по-другому сказать нельзя.

Лиза напоминает мне меня. Десять лет назад я вот так же стояла на распутье жизни, с одним лишь исключением, уже тогда у меня была моя Поли, а вот в остальном все, наверное, было идентично.

Когда я подбирала себя помощницу, я с первой секунды видела в глазах этой девочки свое отражение.

Той меня, которая изменилась спустя годы, но где-то в глубине души все еще сожалеет о том, как складывалась ее судьба и через что ей пришлось пройти.

— Хорошо. Я поехала, ты сегодня за главную.

— Удачи вам. Я не подведу.

Касаюсь ее плеча и, накинув легкий летний плащ, выхожу на улицу, прикрывая голову папкой. В машине первым делом звоню Игорю. Он берет трубку не сразу.