Наша личная война

И вот, нос меньше… А причёска – как раз! И пропуск…

Петрушин деловито раскладывал на верстаке найденные в мастерской железяки: плоскогубцы, отвёртки, шило, резак… и косился на паяльник, которым уже завладел Глебыч.

– Это лишнее, – буркнул Данилов, доставая из кармана коробку со шприцами и закатывая красавцу рукав. – А ну… Вот так. И никакие плоскогубцы не нужны.

– Это он, – уверенно сообщил Серёга, рассмотрев красавца поближе.

– Кто – «он»? – уточнил Иванов.

– Мужик у брода, – пояснил Серёга. – Который дамой прикрывался.

– Хорошо, – Данилов возбуждённо потёр ладони. – Сейчас побеседуем.

В ящике стола лежали девять телефонов. Пять из них были уже заправлены нехитрой начинкой, состоящей из крохотного взрывателя и двадцатиграммовой пластитовой шашечки. Инициирующий заряд.

– Самоделкины хреновы, – пробурчал Глебыч, быстро отпаивая излишества. – Дёшево и сердито. Молодцы, вообще…

В самое короткое время красавца привели в чувство и начали приятную беседу. Данилов грамотно вёл допрос, красавец отвечал внятно, насколько это возможно со сломанной челюстью, и как-то даже чересчур словоохотливо.

— Где «закладка»?

— В туалете.

— В каком?

— В женском.

— Где именно?

— Умывальник, панель облицовки под зеркалом, слой штукатурки.

— Сколько всего вас в пансионате?

— Десять. Девять вдов и я.

— Ты кто?

— Аюб Дадашев.

— Когда оборудовали «закладку»?

— Тридцать первого декабря.

– Течёт где-то, – буркнул Данилов.

— Как готовимся ко взрыву? Готовимся хорошо. Нормально готовимся.

— Вдовы берут пояса из «закладки»? Ты раздаёшь телефоны?

— Да, берут. Когда все уже рассаживаются, они минут за десять до начала заходят в туалет, разбирают пояса. Там легко, «закладка» специально так сделана, если знаешь, легко взять. Телефоны раздаю заранее, сам хожу, чтобы не привлекать внимания. Как производим взрыв? Дед набирает номер.

— Дед?!

— Да, Дед.

— Где Дед?

— Здесь.

— Где именно?

— В «Заре».

— Где?!!!

— В «Заре». Номер двести семнадцать.

– Твою мать… – Иванов, кажется, не на шутку расстроился. – Мы тут двое суток круги по городу нарезали, а он – этажом ниже… Короче, Степаныч, ты занимайся, мы помчались. Глебыча оставляю, пусть с «закладкой» разбирается.

– Две минуты! – попросил Данилов, глянув на часы – 13.48, до начала немногим более часа.