Нарцисс в цепях

 — А если не знаю я, то среди нас здесь нет альфы, который мог бы сказать точно.

— Имеется в виду, что твой запах не меняется, когда ты говоришь неправду, — пояснила Черри.

Я слыхала, что можно лгать глазами, но про запах — впервые.

— Я не знала, что вы умеете лгать запахом, — сказала я.

— Мне кажется, ложь не повышает у тебя уровень тревожности, — ответила она.

Ага.

— Быть социопатом — это имеет свои преимущества.

Калеб подполз к нам плавным движением, как умеют леопарды. Нечеловечески грациозно. Подполз настолько, что прижался лицом к моей ноге.

— У него действительно на коже ее запах.

— Они почти каждую ночь спят в одной кровати, — сказала Элизабет. Она уже снова была на ногах, и даже носом не повела.

Калеб потерся лицом об мою ногу.

— Она пахнет волком и... вампиром. — Он уставился на меня. — Ты этой ночью разминалась со своим Мастером и Ульфриком? И от Натэниела потому не пахнет бабой, что для него дырки не осталось?

Я всегда стараюсь быть человеком широких взглядов, но сейчас я прямо на месте решила, что Калеб мне не нравится.

— У парда есть право спрашивать, с кем спит Натэниел, потому что сам он плохо выбирает. Ни у кого из вас нет права спрашивать меня.

Калеб сделал движение — одно из тех оборотневских движений, которые нельзя уловить глазом, — и ткнулся мне лицом в пах, почти до боли. Я, не успев подумать, вытащила «браунинг» и приставила дуло к его голове.

Калеб поднял голову, так что дуло оказалось напротив лба. Он уставился на меня:

— А ты не пахнешь шишкой. Только не говори, что спала с тремя мужиками и никто тебя не трахнул.

— Калеб, ты мне начинаешь не нравиться.

Он усмехнулся:

— Но ты меня не застрелишь, потому что Мика будет вне себя.

— Ты прав, не надо было вынимать пистолет. Я просто еще не привыкла к способности вытаскивать оружие, не успев подумать.

— Я никогда не видел, чтобы ты это делала так быстро, — заметил Зейн.

Я пожала плечами:

— Выгода перемены, я думаю. — И убрала пистолет. Действительно, я не собиралась убивать его всего лишь за назойливость.

Калеб приложился щекой к моей ноге, и я не возразила. Если бы я отбивалась, он бы только веселился, и вообще он вел себя прилично — относительно.

Вивиан тронула меня за руку:

— Ты действительно станешь одной из нас?

— Будем знать через две недели.