Нарисуем, будем жить

Сардана была великолепна в синем платье с корсетом, пышной струящейся юбкой и с кружевными невесомыми рукавами, припущенными с плеч. Шею и верх груди художник по желанию автора оставил открытыми, и все было бы прекрасно, если бы не ключицы, намазанные криво и как попало. Намек я поняла сразу и язвительно воскликнула:

— Не верю, Риксон, не ве-рю! Такой взрослый мальчик и никогда не видел женских плеч при дневном свете? Ай-ай-ай!

— Ты обещала исправить мои ошибки. Разве нет? Дядя, подтверди, — художник, нагло скалясь, обратился за справедливостью к родственнику.

— Лорд Фартон, — я подскочила, подбежала к столу начальника и схватила газету свернутую трубочкой. — Одолжите вашу «тыдыщ! дискотеку!» на секундочку. Нет минут на пять!

— Спасите, помогите, — наиграно заранее завопил парень, представив пятиминутную экзекуцию. -

Убивают!

— Фликусы! — рявкнул редактор, стукнув кулаком по столешнице.

— Где? — я испугано заозиралась по сторонам.

Кыш-кыш!

— Да нет же, Яра, их здесь нет, — сначала расхохотался Риксон, а потом укоризненно напомнил родственнику: — Дядя ее же фликус перенес, она их боится. Яра, дядя просто ругнулся.

— Вы ругаетесь фликусами? — опешила я.

— Никогда не слышала что ли? «Фликус тебя возьми», «фликус меня раздери», «поглоти тебя фликус!»,

— парень перечислил распространенные ругательства, а сообразив, что пугает этим еще больше подбежал ко мне приобнял за плечи и как ребенка погладил по голове.

Фух, правда, испугали. В другом смысле конечно, но ладно, тоже опыт. Зато теперь знаю феронские цензурные ругательства, значит, моя героиня будет более эмоциональной в следующей главе.

«Тысяча фликусов! — воскликнула Сардана и пошла на абордаж».

Обедала дома. Заглянула в свою комнату, Феди еще не было. А вечером, как и задумала, отправилась в канцелярский магазин. Набрала плотной бумаги, альбомов, красок и цветных карандашей. По пять комплектов.

— Скажите, у вас есть пластилин? Ну, лепить детям…

— Конечно-конечно. Вот, пожалуйста. Вам нужно пять пачек, правильно понимаю? — услужливо улыбнулся продавец.