Наречённая из-за грани, или Мужья в довесок (СИ)

– Добрый день… – он явно собирался назвать меня Феодора, но вовремя перехватил готовое сорваться имя. – Варвара, верно?

А ему кто рассказал?

– Алишан поведала мне всё, что было ей известно, – правильно оценил выражение моего лица Дуган. – Надеюсь, она не утаила ничего… важного.

– Смотря что она вам рассказала.

– Думаю, большую часть наверняка. Алишан была… весьма категорична в некоторых моментах.

– Даже не сомневаюсь.

– И, к сожалению, не пожелала отвечать на главный мой вопрос, – синие глаза изучали меня пристально, пытливо, ища во мне ответ на тот самый вопрос.

Догадываюсь, к чему он клонит.

– Откуда вы родом?"

"– Издалека.

– Алишан упоминала о дальних доменах… но из какого именно? У него же есть название?

Есть. Только на местных картах название это вряд ли найдётся.

– Озейн Долстен, я понимаю, вы хотите разыскать Феодору… в чьём бы теле сейчас ни находилась её душа, дух… не знаю, как правильно это назвать… но если она действительно заняла моё настоящее тело… а, скажем так, ещё остаётся вариант, что она могла… ну, совсем того, – я неопределённо помахала рукой в попытке обозначить мир загробный.

Дуган нарочито неспешно оглядел зал, подмечая и притихшую за стойкой Анну, и посетителей в количестве полтора землекопа, и мужские фигуры, мельтешащие за приоткрытой дверью кухни.

– Ана Варвара, и я понимаю, что даже если мне удастся разыскать дочь, вернуть её в тело, данное ей от рождения, у меня едва ли получится. Неизвестно, как и отчего с вами обеими произошло то, что произошло, и есть ли возможность вернуть всё на свои места. Но если вы здесь, в её теле, то и Феодора может оставаться в прежней вашей оболочке.

– Адарские способности, по всей видимости, завязаны на физическом теле, не на духовной сущности, – заметила я осторожно.

– Для меня не имеет значения, останется ли моя дочь адарой или нет. Мне важно знать, где она, что с ней, жива ли она, всё ли у неё хорошо, не нуждается ли она, – Дуган закончил осматривать помещение и сосредоточил выжидающий взгляд на мне. И под холодным, взвешивающим взором стало на редкость неуютно. – Я готов заплатить вам за любую информацию столько, сколько вы потребуете.