Напарник

Люк задергался в дверном проеме, отпустил ручку и вывалился наружу.

Виктор махнул рукой.

Вперед.

Роман подскочил к дверям, перепрыгнул через Люка и ворвался внутрь.

Здесь горел лишь тусклый аварийный фонарь, позволяя с горем пополам ориентироваться в темноте.

Но все равно хорошо различалась дверь лифта и кнопки вызова.

Рядом со стулом, на котором сидел часовой, лежала рация и пачка миндальных орехов.

Возле Романа уже стоял Виктор.

По обе стороны от лифта заняли позицию французы.

Роман указал на рацию.

Виктор кивнул и положил ее в свой нагрудный карман.

Указал на лифт и затем большим пальцем ткнул вниз.

Роман кивнул и жестом показал, что внизу их тоже будет ждать охранник. И показал, чтобы Виктор отдал рацию ему.

Виктор вручил ему рацию и нажал кнопку вызова.

Низко загудел двигатель.

И почти сразу ожила рация в руке Романа.

– Люк, – послышался голос на дурном французском языке. – Ты зачем вызвал лифт?

– Хочу пи-пи, – подражая грубому басу Люка, сказал Роман.

– Потерпел бы полчаса до смены.

– Не могу, – выдавил горлом Роман.

– Ладно, спускайся. Только я доложу.

– Bon (хорошо), – равнодушно сказал Роман.

Виктор кивнул. Все нормально.

Лифт остановился.

Все подались в стороны, опасаясь появления десанта снизу.

Но двери открылись – внутри никого не было.

Четверка вошла в лифт, и Виктор нажал нижнюю кнопку. Их было всего две. Одна вверх, другая вниз. Бункер был одноуровневый, предназначенный для проживания малого количества народа, и потому строился он всего в один этаж, в отличие от некоторых советских сооружений, где под землей мог размещаться целый многоэтажный город.

Соблюдая полнейшее молчание, группа спускалась вниз. Лифт, построенный, как и бункер, сорок лет назад, работал медленно, но исправно. Слегка подрагивал пол под ногами, в тусклом свете лампочки едва различались железные стены.

Еще минута – и они внизу.

Внезапно лифт дернулся, в кабине стало темно.

Что такое?

Караульный доложил Стояну, и тот заблокировал лифт, почуяв неладное?

Четверка замерла, сжимая в руках оружие.

Если они сейчас зависнут на полпути, то будут совершенно беспомощны. Один выстрел снизу из гранатомета, и все кончено. Если, конечно, лифт не заминирован. А учитывая опыт этих людей, можно было не сомневаться, что под полом висит изрядная порция взрывчатки.

Но лифт, дернувшись еще пару раз, вновь медленно пошел вниз.

Зажглась лампочка, осветила напряженные лица и взятые на изготовку автоматы.