Нам было отпущено лето... (СИ)

От этого стала немного спокойнее. Значит не все потеряно. Сознание не мутное. Только голоса нет. И температура.

- Это ты меня к пчелам привез и шипом ткнул. А ваш лес, это вообще ужас! Кто такие леса делает? Там черт ногу сломит и комаров сколько? Ужас, - протестовала она, - И что это за гостиница, что номер как проходной двор.

Рассмеялся.

- Лес у нас чудесный. Туда туры организуют. Туристы валом ходят. И отель прекрасный. Не даем умереть непутевым постояльцам. Еще не хватало вскрывать номер по причине того, что завоняло.

- Господи, второй вызов за два дня, и все к вам в гостиницу! – недовольно бубнила женщина средних лет, неся с собой большой пластиковый чемодан.

- Сам в шоке, и все в один и тот же номер, - поддержал гостей в их негодовании.

- Так, кому плохо? Вам? – обратилась она ко мне в полумраке номера.

- Нет, мне не хорошо, но это пройдет через два месяца, даже уже чуть раньше. А вот если вы ей не поможете, - указал на кровать, где в позе эмбриона лежала Марина, - то это раньше может случиться слишком скоро.

- Следить за совей женщиной надо! Вы где с ней были? – ахнула она, подойдя чуть ближе.

- В лесу, - тихо шепнул медбрат, в котором я узнал вчерашнего работника бригады скорой помощи.

- Вы вторую смену? – спросил участливо.

- Вы, смотрю тоже! – мотнул он головой на кровать Марины.

Согласно кивнул головой и мы оба замолчали.

- Вы голышом по лесу бегали? – продолжала сыпать догадками врач.

- Не знаю, с этим она справилась без меня. А вот температура и больное горло, думаю, требуют вмешательств.

Женщина расстегнула чемоданчик, надела перчатки, присела на кровать и дотронулась до Марины, чтобы та выпрямилась для удобства осмотра. Как только ее рука коснулась тела, женщина ахнула и подскочила.

- Господи, Исусе! Эдик, она сейчас сгорит! – произнесла эмоционально она.

- Укол? – нехотя отозвался медбрат, - Может быть таблетки?

- Поздно таблетки, они и не усвоятся в таком пекле.

- Не-е-ет, - услышали мы истеричное верещания со стороны кровати.

Мы с врачом повернулись в сторону кровати. Марина сидела с поджатыми к подбородку коленками и обнимала ноги руками.

- Я думала она еле жива, а тут такая прыть, - покачала головой женщина в медицинских перчатках, - Эдик, быстрее, а то не уедем до утра.

- Я не позволю вам вкалывать в меня что-то! – прохрипела Марина.