Нам было отпущено лето... (СИ)

- Вот это подход, - прозвучало тихо из-за спины девушки.

- Да, ладно, деловой человек. Но не везде же эту деловую хватку применять. А как же человеческое приятное общение? – не унималась бойкая девица.

- Не уверен, что оно будет приятным, - сам не узнавая себя, ответил девицам.

- Вы случаем не родственник той знаменитой москвички, о которой весь отель судачит. Она опять из номера не выходит. Не ест. Зачем только люкс заняла? Хотя, пусть. Нам и в нашем нормально. Мы на стены круглыми сутками не таращимся.

От этих слов тревога, которую так старательно я глушил в себе целый день, опять выбралась наружу.

Стало очень не по себе. Общение, музыка, люди – все стало лишним.

- Считайте это подарком от отеля, - вставая со своего места, и кладя деньги на столик за свой напиток, произнес я, - занимайте его, он оплачен.

Уходя сказал официанту, что деньги на столе, а вместо меня за столом девушки из моего отеля. Тот поспешил к ним. А я поспешил к Марине. Неприятное чувство усиливалось, грозясь перейти в панику. Прибежал я достаточно быстро.

Взял на ресепшене ключ-карту. Ее дали мне уже без лишних слов, как само собой разумеющееся. Поднялся на этаж. И стал стучать в дверь. Но мне никто не открывал. Стучал я долго, для приличия. Но это время плохо сказывалось на моих нервах. Воображение рисовало страшные картины. И в тот момент, когда очередное ужасное предположение закралось ко мне в мысли, я достал карту и открыл дверь. В номере было темно. Достаточно прохладно. Но кондиционер не работал. Тихий стон доносился от кровати. На ней металась закутанная в кокон одеяла, как гусеница, Марина."

"Выругался громко. Не стесняясь. Стал пытаться ее размотать. С трудом получилось, включил ночник на прикроватной тумбочке. Тело было в красных припухших волдырях, слегка отекшее от солнечного ожога и нестерпимо горячим. Мне казалось, что мои холодные от волнения ладони обжигаются от соприкосновения с ее телом. Выругался еще раз, позвонил администратору.

- Вызывай скорую, объясни, как пройти в номер. И быстрее, - скомандовал я.

Лишних вопросов сотрудница не задавала. И я смог быстро сконцентрироваться на Марине. При всех моих потугах я никак не мог ее привести в сознание. Страх за ее жизнь был невероятный.

- Егор! – прохрипела как старая несмазанная дверь очнувшаяся девушка, - Ты, что тут делаешь?

- Спасаю тебя в очередной раз. Как ты до своих лет дожила непонятно. За три дня я тебя третий раз реанимирую.

- Не утрируй! – слабым, но вредным голосом парировала Марина.