Пятое правило дворянина

Наверное, это самый логичный шаг с ее стороны. Все здесь будет напоминать о том, что случилось, так что почему бы не переехать в Швейцарское княжество?

Она встала с кресла, я сделал то же самое, но она характерным жестом остановила меня:

— Не нужно меня провожать, я знаю где выход.

Надо же! До последнего момента пытается казаться железной леди, хотя по ее глазам видно, что стоит задержаться хотя бы на несколько секунд и из глаз хлынут слезы.

— Прощай, Соколов.

— Прощай, Салтыкова...

Она вышла из комнаты, оставив после себя лишь хорошо знакомый мне легкий аромат цветочных духов.

Вот только теперь это в последний раз.

Глава 25

Великое Московское княжество.

Москва.

Кремлевский дворец.

Вот что мне явно импонировало в Романове, так это его неукоснительное следование правилу: сначала еда, потом все остальное. Терпеть не могу размахивать вилкой между речами и ловить момент, когда будет удобнее всего затронуть интересующую тебя тему.

Единственные сказанные Императором пред обедом слова, кроме приветствия, уложились в короткий вопрос:

— Владимир Михайлович, вы как к стерляжьей ухе относитесь? Рыба дело такое... Князь Юсупов ее вообще не ест ни в каком виде. Не стесняйтесь, для таких случаев всегда альтернатива найдется.

К стерляжьей ухе я относился нормально. Как и к последовавшей за ней лосятине с вишневым соусом. На десерт был клубничный мусс, который тоже без особых проблем нашел свое место в моем желудке.

Вообще, повар у Николая Александровича неплохой... Переманить его что ли? Будет вместе с Бьянкой возле плиты хлопотать... Хотя дело, наверное, слишком хлопотное — не думаю, что его здесь зарплатой обижают. Ну, может быть посоветует кого, почему нет?

Нужно будет поручить Верховцеву заняться этим вопросом, а то если сам начну справки наводить, то еще могут подумать, что с поваром контакты налаживаю, Романова хочу отравить.

— Не видел вас всего несколько месяцев, а изменились вы за это время как будто пару лет прошло, виконт, — повел разговор Император, когда с обедом было покончено и на столе остались лишь горячие напитки в разнообразии. — Возмужали, Владимир Михайлович... Все больше на отца становитесь похожи.