Нахалка (СИ)

В таком случае тебе должно быть небезызвестно, что лучшей подругой этой… является самая настоящая…

— Проститутка, — спокойно закончил за нее Грэг. — Алла, если не ошибаюсь. В данный момент очень счастлива, замужем и живет в Питере.

«А вот и Алка, о которой я должен был вспомнить», — Макс, вновь расплывшись в улыбке.

— Не ошибаешься, — Лиз наполнила свой бокал, к которому в отличие от мужчин все время прикладывалась. — Они вначале делили одну жилплощадь, а затем разъехались и стали делить клиентов. Кстати, Макс был одним из постоянных.

— Нет! — МЧ сам не заметил, как вступился за честь Полины, однако взгляд Грэга не упустил.

— Конечно, ты об этом не знал, — просюсюкала она ему. — Самых дорогих клиентов она осыпает сластями исключительно индивидуально. Удивительно как, залетев, тебя не захомутала. Возможно, ты вернулся сюда и в силки попался более крупный дурак. И к несчастью бесплодный.

В повисшей тишине, она протянула горячо любимому супругу скан теста на отцовство и медицинское заключение.

Макс, мельком взглянул на бумаги, — это лишь подтверждает, что ребенок может быть от Грэга.

— Уууу какой, — перекривила Лизи, — какой преданный пес! Сделал стойку «служить»? Тебе жалко хозяина? Ну-ну-ну учти, малыш, он пристр-релит тебя сам или же выдаст ордер на ликвидацию.

На кровать легли оригиналы документов из роддома и записи гинеколога. Грэг отложил бокал и впервые с неподдельным интересом просмотрел бумаги.

— Позволю предположить, ты был раньше этого срока, — она похлопала его по холодной руке и повернулась в Максу, — а вот ты попадаешь.

— Маловероятна, — подал голос Грэг. — Я не верю тебе.

— Тогда давай пригласим к микрофону виновницу торжества!

— Ее здесь нет. — Отрезал Макс резко. — И не будет.

— Ооой, не стоит утруждать себя ее защитой! — Элизабет со злости разбила свой бокал об пол у его ног.

Видя их общее безмолвие и холодность, расхохоталась.

— Ты и ты! Да вы два идиота пользовались одной подстилкой, и все еще надеетесь! На что?! На преданность, на верность? — Еще некоторое время ее подрагивающие губы либо растягивались то в глупой улыбке, либо в еле сдерживаемой злобе поджимались.