Наказание Дамира

Оно снижает эротически градус, но повышает что-то такое… Будто я заглядываю туда, куда обычно он ни при каких обстоятельствах не разрешает смотреть…

— М…Знаешь, мне сложно представить тебя играющим с детьми, — честно признаюсь, не в силах остановиться.

Я интуитивно ощущаю, что сейчас дергаю его усы, говоря все это, но просыпается нездоровый азарт. Где грань? Проверить…

— Правильно, детей в больших дозах я не переношу, — фыркает Дамир, поджимая губы.

— А если бы были свои? — не знаю, зачем мне эти вопросы.

И ответы тем более! Но…

Дамир бросает на меня короткий пронзительный взгляд.

— Не уверен, что они будут, — вкрадчиво сообщает.

— М-м-м… — тяну я и снова отворачиваюсь к окну."

"Повисает немного неловкая тишина. Слишком личные вопросы, к которым мы оба точно не готовы. За стеклом уже мелькает черная лесополоса. Вековые сосны подпирают небо. Я устраиваюсь поудобней, откидываюсь на подголовник. Навигатор сообщает, что ещё час и пятнадцать минут, отматывает обратным отсчётом километры. Чувство неотвратимости чего-то — тревожное, сладкое — горькое, трепетное.

Больше в дороге мы почти говорили. Улыбки исчезли с губ. Чем меньше минут показывал навигатор, тем гуще и проникновенней становилась тишина в салоне, разбавленная лишь тихими звуками радио.

К отелю мы свернули, когда уже была глубокая ночь. Колеса зашуршали, тормозя по мелкому гравию стоянки.

Его рука горячая и сухая, легонько сжимает мои пальцы и отпускает. Вместо слов Дамир приобнимает меня за талию и ведет к главному корпусу, где находится ресепшн. Повсюду сосны, перед административным зданием какая-то причудливая скульптурная группа, теплый свет низких фонарей погружает остальное пространство в непроглядную черноту, ломаной резкой линией стыкующуюся со звёздным небом.

Включив свет, прохожу вглубь номера, осматриваясь. Гостиная, большая стеклянная дверь на террасу, ванная, налево спальня. Отделанные деревом стены, фотографии природы на стенах, тонкий теплый запах хвойной смолы щекочет нос.