Надуй щеки! Том 4

— Что за странные методы? Он собирается просто проиграть одну сцену? Вырванную из общего сюжета? Тем более без подготовки, без каких-то уточнений… Странно выглядит. Ты… эм… уверен в этом режиссере?

— Он творческая личность, — пожал плечами Хегай. — Ему виднее, как надо работать. Если для создания наилучшей сцены, требуется проиграть её в подобных условиях — значит, надо просто сделать это. Все люди работают по-разному. Не буду же я учить делать его работу, если сам в этом не разбираюсь.

— Хм. Ну-у… наверное, ты прав.

— Сейчас и увидим, — еле заметно улыбнулся Гису.

— Итак! — встрепенулся режиссер. — Нам нужно второе действующее лицо. Играть не придется. Необходимо просто обозначить роль, чтобы наша звездочка ориентировалась по сценарию, — И Сухо перевел взгляд на Хегая и продолжил говорить: — Гису? Поможешь?

Парень в свою очередь перевел взгляд на Чана и произнес:

— Чан?

— Я? — Ан удивленно уставился на него в ответ.

— Не переживайте, юноша. Как я и сказал, играть не нужно. Можете представить, что вы дерево. Ну-у… разве что говорящее дерево. Пару фраз, может быть, опрокинете, но это так… постольку, поскольку.

— Я не готов… — растерянно проговорил парень. — Гису? — он снова перевел взгляд на Хегая и попытался добавить в голоса возмущения. — Как я буду… я же не умею… я стесняюсь, в конце концов!

— Чан… — достаточно тихо произнёс Хегай, и прикрыв глаза, с довольной физиономией покивал.

— Да, блин! — буркнул он, пройдя вперед. — Вот как чувствовал, что будет какой-то подвох. А у меня есть сценарий? — обратился парень к режиссеру.

— Да, конечно! Вот, — тот протянул ему вторую распечатку и удовлетворенно хлопнул в ладоши. — Ну что? Приступим⁈

Режиссер выглядел воодушевленным. Сценарист в это время обреченно вздыхал и качал головой.

— По местам… — скомандовал И Сухо. — Начали!

Чан не успел толком среагировать в то время, как Мун Хё На уже полностью поменялась в лице и принялась играть. Она взяла его под руку, как бы слегка повиснув на ней и начала свой монолог.

Актриса мастерски сменяла одну маску на другую, постоянно показывая разные эмоции. Грусть, тоску, радость и тут же горечь утраты.