Надоело быть хорошей

Крис аж сам поморщился, насколько грубо это прозвучало, а Соня скрипнула зубами и выдала:

- Трахаюсь? – понизила она голос до свистящего шёпота. - Это с тобой мы трахались, просто трахались. А с другими я трахаться не стану, с ними я займусь любовью.

- И много их было, других этих?

- Какая тебе разница?

Крис наклонился, забрал стакан из её рук, испытывая непреодолимое желание швырнуть его со всей дури об пол, но вместо этого поставил на пустой соседний стол с подчёркнутой аккуратностью.

- С ним ты тоже любовью занималась?

- С кем с ним?

- С этим! - он кивнул в сторону зала.

- С этим нет, но в самое ближайшее время планирую восполнить пробелы. Расширить кругозор, как ты мне когда-то и советовал.

- Если не с этим, то с кем? – Кристофера будто заклинило.

Перед глазами всё было то красным, то зелёным, дикая ревность гудела в мозгах, как сирена.

Крис внезапно схватил Соню за локоть и крепко сжал. На мгновение их взгляды скрестились. Помимо гнева и раздражения Соня разглядела в глубине карих глаз боль.

Целую бездну боли. Чёртову Марианскую впадину, где и дна-то не было. Почти такую же бесконечную, как её собственная.

- Да ни с кем! – воскликнула она и добавила чисто из чувства противоречия: - Пока что.

- Не пока что, а никогда, - твёрдым, как гранит, шёпотом заявил Крис. – Ты моя, поняла?

- Что?

Он чуть дёрнул её на себя, так, что лица оказались в считанных миллиметрах друг от друга.

- Моя, - безапелляционно повторил он. – Что непонятного?

У Криса голову повело от её запаха, когда её волосы всколыхнулись и легли ей на плечо от резкого рывка.

Он был каким-то другим, этот аромат. Крис и сам не мог понять, что в ней изменилось. Но если в Лондоне его магнитом тянуло к малышке, то сейчас, бля, он сгорал, как метеорит в плотных слоях атмосферы. И если между ними в ближайшее время что-то не изменится, он станет пеплом, развеется, распадётся на атомы, никогда больше не станет целым.

Соня же дёрнула рукой пару раз, пытаясь вырваться, но Крис держал её крепко и не отпускал.

Что он вообще себе позволял? Какое право имел так говорить? Кидаться такими заявлениями?

- Я не твоя, - заявила она, уже даже забывая, что собиралась рассказать ему о ребёнке. Как теперь найти правильный момент и место, Соня не понимала. – Да, я тебя не ненавижу, Крис, но и… ничего к тебе не чувствую.

- Правда, что ли? – с бездной наглости и самодовольства заявил он, мягким рывком привлекая к себе.

Соня тут же задрожала, опровергая свои же слова.

- Ты чувствуешь.