Надэя. Хозяйка Шорхата

Кротко постучав в дверь, ко мне обратилась экономка дома, который мне пришлось снять лишь для того, чтобы жена чувствовала себя комфортно. Это конечно не наш замок, но лучшее, что мне удалось отыскать. Чистый, ухоженный, с приветливыми слугами. В иной ситуации я бы мог остановится и в таверне, но мне бы не хотелось, чтобы Надэя испытывала дискомфорт от неизбежного шума и суеты.

— Девушка?

Хм, странно. Я никого не ждал, если только не посыльного от императора и главного сыскаря.

— Говорит, прибежала из графства Вимаро…

Душу словно проткнули тысячи холодных иголок, едва услышал о Вимаро.

Неужели она решила остановиться в нем? Но зачем? Ничего не понимаю…

Внутри все кипело от тревоги и нетерпения. Нужно действовать, и быстро.

— Зови! Немедленно! И вели послать за сыскарем! — приказал я, стараясь скрыть дрожь в голосе. Нужно узнать, что происходит. И если мои худшие опасения подтвердятся... Тогда я не знаю, что буду делать.

В зале повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине. И вот, спустя всего минуту, дверь скрипнула, и в зал вошла девушка.

На ней была простая, явно поношенная одежда, волосы растрепались и спутались, а грубые кожаные ботинки покрывал толстый слой пыли. Один взгляд на нее говорил о многом: она проделала долгий путь, и этот путь она прошла на своих двоих. В ее облике читалась усталость, но в то же время — какая-то несгибаемая решимость.

К тому же ее трясло, при том очень сильно. Было видно, что она едва сдерживает слезы, хотя и пытается этого скрыть.

— Говори! — приказал в нетерпении.

Девушка вздрогнула, словно от пощечины, и затараторила, стараясь говорить как можно быстрее, чтобы не вызвать еще больший гнев:

— Меня зовут Тати, служанка из замка вашей жены. Три дня назад она неожиданно для всех нас приехала и решила заночевать.

Нахмурился, нетерпеливо барабаня пальцами по столу.

— Продолжай!

Тати сглотнула, пытаясь унять дрожь в коленях.

— Ночью на замок напали.

— Что?! Что с моей женой?!

— Миледи… ее забрали. Они примчались ночью, глава рода де Сан-Раду, его люди и монахи.

Она велела найти вас и все рассказать, прежде чем они выволокли ее без сознания и уложили на коня. Ее лицо было в крови.

Вскочил, опрокинув стул. Дерево с глухим стуком ударилось о каменный пол, но я не обратил на это внимания. Ярость, холодная и всепоглощающая, сковала мое сердце. Де Сан-Раду… это имя звучало как проклятие.

— Сколько их было? — прорычал, стараясь держать себя в руках.

Тати задрожала еще сильнее.