Начало пути

Он не только больше не угрожал оборотню, но и с энтузиазмом рассказал о том, что давно хотел опробовать на русалках зелье человеческих рук. Результат стопроцентный он гарантирует. Волк помялся, но пузырек взял, еще и «спасибо» буркнул.

Потом маг протащил ошарашенного оборотня по этажам, показывал балки, перекрытия, каменные своды и наметки балкона. Я везде таскалась следом, ибо на меня бросали до того несчастные взгляды, что оставлять его не хотелось совершенно.

— А это главный зал! Первый этаж, фонтан, тут будут «писающие мальчики».

— Ммм… писающие? — Ошарашенно.

— Это модерн, — подсказала я.

— А? — Волк явно не рубил в моде.

— «Писающие мальчики» — это последний писк сезона! — вызверился маг, обнимая волка за плечи и таская на буксире вокруг фонтана. — Вот ты представь. Ты идешь… а они журчат. А ты идешь, а они…

— Я понял концепцию, — криво улыбнулся волк.

— О! Хорошее слово. Где научился?

— Да с вашей ведьмой побродишь, еще и не то заучишь, — растерянно.

— Ага. Ну что ж, ладно.

— Отлично. Мрачновато, но вам идет.

— Я тоже так подумал.

— Мне не нравится, — высказалась я.

На меня почему-то не обратили ни малейшего внимания."

"— Ладно, беги к своей ненаглядной. Но помни: в это надо добавить каплю ее крови и вылить в озеро до того, как пройдет полнолуние.

— Я запомнил. Честно.

— Отлично, тогда не задерживай нас. Вперед.

И волк ушел. Растерянно оглядываясь и явно не решаясь о чем-то спросить.

— Думаешь, клюнул? — Маг стоял рядом со мной, сложив руки на груди, и внимательно смотрел вслед парню.

— Ну похоже на то. А что конкретно ты ему дал?

— Как и просил — ногорост. Теперь у русалочки будут ноги и всё, что полагается женщине.

— Гм. Тогда почему у тебя такой вид.

— Какой?

— Словно ты только что свершил вселенскую гадость и едва сдерживаешь довольный хищный оскал.

— Гм… это ты хорошо сказала. Оскал. Н-да. Ну в чем-то ты права. — Ланс развернулся и пошел к лестнице.

Гномов не было, все ушли в лагерь после заката.

— Эй! Так что ты сделал? Ланс!

Бегу следом, цокая копытами и скрипя зубами от любопытства. Вот ведь не расскажет. Стопудово не расскажет, зараза такая. Знаю я его.

— Хм… а если скажу — поцелуешь?

Ошарашенно смотрю в прищур золотистых глаз.

— Тебе зачем? — подозрительно.