Начало пути

— А чего тут отвечать… Ты не то заклинание прочитал, и всего делов-то.

— Как это? Я точно то…

— То, да не то. Я заметил. По пеплу… не тот лист. Но чары на нем были. С амулета и перекинулись. Они немного исказили текст, и появился я, тебе еще повезло. Вообще никто не должен был появиться. Исказившееся заклинание обычно приносит либо разрушения, либо не срабатывает вообще. Вот у тебя сработало. Молодец.

Чары с амулета? Ну, маг.

— Есть! Есть для тебя работа!

— Да? И амулет отдашь? — с интересом.

— И амулет отдам.

— ВОСКРЕШАТЬ?!!

Эльфа сдуло из пентаграммы, к нему тут же рванули черные игольчатые щупальца, как успел заползти обратно — сам не помнит, на ноге остался глубокий порез, а в глазах ужас, переходящий в панику.

— Это тот некромант, что сбежал из моих списков трижды?

Эльф тяжело дышал, не реагируя.

— Сначала он не умер, потом он воскрес. А сегодня снова едва не попал, но выкрутился. Никому не позволено сбегать из списка.

Эльф ткнул пальцем в дверь, все еще тяжело дыша.

В дверь грохнуло с такой силой, что в ней образовалась глубокая такая вмятина с очертаниями зверски перекошенного от ярости лица.

— Открой!"

"Эльф вздрогнул, удары в дверь продолжались, били сильно и мощно. Долго она не продержится, это факт. Со всей своей неприкосновенностью из антимагического состава.

— Открой!!!

— Сначала желание! Разорви связь!

— Гррр…

Эльфенок всхлипнул и сел на пол.

— Эй-эй, а ну стой.

Эльф остановился, посмотрев на пустую колбочку и вопросительно на дверь. Больше смотреть как-то было и не на что — его гость был невидимкой.

— Это чего у тебя?

Эльф рассказал, грустно шевеля ушами и сидя на полу.

— Там хоть капелька осталась?

Кноп пристально посмотрел на сосуд, поместил его напротив пламени свечи.

— Три капли.

— Три! Капли… кидай сюда.

— Зачем? Я же почти все выпил.

— Не спорь со смертью, кидай сюда, кому говорю. А то я списки-то подкорректирую.

Кноп пожал плечами и кинул колбу в дверь. Стекляшка сверкнула в свете огней и застыла, так и не упав на пол. Потом медленно поднялась выше и осторожно опрокинулась, теряя капли, которые исчезали, не долетая до пола.