Наблюдатель

Мысль о мягком сиденье, обогревателе и уютном урчании двигателя придала ей силы. Конечно, было бы разумнее дождаться утра. Несколько часов сна могут сотворить чудо. Но Тара вдруг забеспокоилась, что может не пережить этой ночи. В хижине холодно, и температура как будто все падает. Опасность лечь и не проснуться вполне реальна. Поэтому она вывела Джиллиан наружу, чтобы та наконец смогла сходить в кусты по нужде, после чего снова связала ее по рукам и ногам, закрыла ставни и тщательно заперла дверь.

С Джиллиан все ясно: она замерзнет или умрет с голоду.

Тара была вынуждена пойти на это, потому что Джиллиан стала опасна.

Большой палец пульсировал. Вся рука пульсировала. Это давало приятное ощущение жизни и тепла.

Слава богу, все наконец сложилось! Хотя Тара и оплошала, упомянув в машине фамилию риелтора. Она не сразу заметила эту ошибку, только почувствовала, что-то изменилось. Джиллиан вдруг забеспокоилась. Она боялась отправляться в неизвестность. Ей не хотелось прятаться в отеле от того, кто мог оказаться не более чем призраком. Вероятно, она боялась тех чувств, которые охватывали бы ее во время одиноких прогулок у моря и бесконечных размышлений о жизни.

Тогда Тара мысленно сказала ей: «Хорошо. Если ты решишь остаться в своем доме, мне все равно. Главное, чтобы ты больше никогда не попадалась мне на глаза». Она и в самом деле не собиралась больше покушаться на жизнь Джиллиан. С бывшей подругой все было иначе, чем с двумя старушками. Может, потому, что Тара слишком хорошо ее знала. А может, сыграл роль подсознательный суеверный страх. С Карлой Робертс и Энн Уэстли все получилось просто и сразу.

Даже слово «суеверный» здесь, наверное, было бы лишним. С Джиллиан не сработало дважды, и оба раза могли плохо закончиться для Тары. Умен тот, кто умеет вовремя остановиться.

Внезапные перемены с Джиллиан на пути из Лондона в Саутенд заставили Тару насторожиться. «Следи за ней, не упускай ни на секунду», – сказал внутренний голос.