На то и волки – 2

Вы не обижайтесь, у меня и в мыслях не было вас оскорбить, просто секретная служба — дело грязное, над профессионалами всегда политики, приказать могут черт знает что… Вряд ли у вас при этом раскладе есть свидетели, способные красиво изложить, как я на их глазах карабкался по водосточной трубе в министерство обороны или принимал документы от подкупленного швейцара… Скорее уж стоит рассматривать вариант бдительной, патриотически настроенной горничной, которая, убирая номер, обнаружила секретные бумаги, мало того, с маху опознала в них именно секретные военные документы…

— Ну, а стоит ли иронизировать над такой версией? Вы знаете, как в свое время арестовали знаменитого пирата де Сото? Именно горничная обнаружила у него под подушкой дневник одной из жертв…

— Но это же было полторы сотни лет назад, — проворчал Данил.

 — Одно дело разобраться в чужом дневнике, и другое — в секретных армейских документах, касающихся, как вы говорите, военной авиации… Вам что, кто-то стукнул?

— Ну, а вторая ваша версия? — преспокойно спросил Барея.

— Вторая полностью исключает вашу инициативу. Не вашу лично, конечно, а той конторы, что вы представляете. Кто-то из моих недоброжелателей решил устроить мне крупную пакость.

— У вас есть недоброжелатели?

— А у вас нет? Вы в этом случае счастливец…

— Пан Черский, я бы вам советовал быть посерьезнее. Положение ваше и вправду не из веселых.

— Да, недоброжелатели у меня есть, — сказал Данил.

— Готовые зайти настолько далеко?

— Как мне ни прискорбно говорить такое о своем Отечестве, — сказал Данил, — но там в большом ходу не одни лишь цивилизованные методы.

— Но вы же, судя по документам и отзывам, честный бизнесмен?

— А что, это что-то меняет? Увы…

— У вас есть подозрения в отношении конкретных лиц? Не расскажете ли подробнее?

— Вам это будет неинтересно, — сказал Данил. — Поскольку лежит совершенно вне сферы ваших интересов.

— И все же?"

"— Знаете, я бы предпочел перевести дело на официальные рельсы, — сказал Данил.

 — Если я совершил что-то незаконное и вы в состоянии это доказать выдвигайте обвинение, доставайте соответствующие бумаги и займемся необходимыми формальностями. К чему эти философские беседы в вонючей камере для окрестных алкашей?

Наступило долгое молчание.

— Интересно, что мне с вами делать, пан Черский?

— Натравить на меня прокурора.

— Прокуроры — это ненужное раздувание дела, — сообщил Барея.