На пути Орды

Олена, рыдая, рухнула на корни Старого Дуба…

* * *В церквушке Берестихи служили всенощную – поминая Колю добром:

– …И благослови, Всевышний, путь его, – Николая, Спасителя нашего, – и освяти все разборки его грядущие, – с потрохами, гнильем, отморозками, плесенью, с гибэдэдэшниками лютыми… И да сгинет злая Беспредельщина…

* * *Стремительно неслись струи безвременья… И вдруг их бег замедлился, затормозился… Сразу стало трудно дышать… Струи вдруг побежали в другую сторону, – назад, убыстряясь… Коля вздохнул полной грудью… Струи опять начали замедляться.

Вперед, остановка. Назад. Остановка. Коля понял – случилось непоправимое. Смерть от удушья в поводьях безвременья…

* * *В туманных поводьях белесых ночных облаков над лесом бежала полная луна…

Глядя на нее, Антипиха шептала вполголоса:

Сквозь волнистые туманыПробирается Луна…На печальные поляныЛьет печальный свет она…– Ну? – за спиной Антипихи появился Игнач.

– Я сделала все, как ты просил, мой Царь Лесов! – ответила Антипиха.

* * *В церквушке Берестихи заканчивалась всенощная.

– И да воцарится на Земле под Небесами высокими Царство Светлое, Неотстойное, Беспонтовое, Безбазарное!

* * *– Он там застрял – в безвременье! – сказал Игнач, глядя на свой, точно такой же амулет, как и у Коли. – Туда-сюда, туда-сюда… Он задохнется!

– А я тут ни при чем, – ответила Антипиха. – Я ему ясно сказала: сожмешь амулет, думая о сыне.

– Он думал не только о сыне… Но и о…

– Понятно!.. Но так не бывает, Царь. Либо – туда, либо – сюда!

* * *Рядом с Колей, погибавшим в безвременье, внезапно нарисовался Игнач.

– Сожми еще раз амулет! Ты плохо его там сжал! И плохо думал…

– Не смог хорошо… Я… Нажал ради сына!

– Понятно! Нельзя – и туда и сюда! Жми!!! Твой выбор или смерть! Жми, задохнешься! Выбор! Нет времени!

Стараясь думать только о сыне, Коля сжал амулет изо всех сил. Последнее, что слышал он, срываясь с места, были затухающие в турбулентных потоках слова Игнача: «Главное, знай, запомни навечно: Миром правит Добро и Надежда!»

* * *Коля бросился к сыну:

– Алешка!

– Папа! Что ты задержался?

– Я задержался?

– Ты ж обещал с утра вернуться из командировки! А сейчас уже шесть вечера.

– Дела, прости!

– Что за дела-то? – в голосе Алешки звучала легкая обида.

По лицу Николая пронеслась легкая поволока.

– Дела?.. Дела – у прокурора. У нас делишки. На ужин что?

– Пельмени – как всегда. Называются «Вкусные» – в кавычках, видишь?

– Ну, не домашние, – понятно.