На пути к звездам, или Осторожно: девушки с Земли!

Уже через полчаса эта странная металлическая штука радовала глаз абсолютно чистыми и блестящими поверхностями без единого черного пятнышка, а «шишки» просто засияли серебристым цветом. Правда, под Дашиным весом и от моего усердия по отскабливанию темных пятен «коробка» визуально как-то накренилась, развернулась немного в другую сторону. Но мы не гордые – мы ее опять развернули и на место поставили… Получилось почти как было!

С чувством глубокого удовлетворения от хорошо проделанной работы, от светящегося чистотой и порядком корабля, с ощущением приятной трудовой усталости пошли купаться и ужинать.

"Приведя себя в порядок, заплели друг другу косы на французский манер, открыв для сторонних взглядов две изящные шейки и небольшие аккуратные ушки. Пока собирались, обсуждая между собой, в каком случае нам все простили бы, сошлись во мнении, что в одном – если бы любили. Вот тогда, что бы мы по незнанию ни наделали, было бы кому за нас заступиться.

Сейчас нам нужно было продемонстрировать эятерам самые лучшие свои стороны, а то, как специально, с самого начала все пошло не так. После стольких усилий по наведению марафета мы гордо вплыли в пищеблок, чтобы к вящей «радости» обнаружить там резко посмурневшего при виде нас капитана, ужинающего вместе с Сеятриком и Эльтаром.

Мы, настороженно переглянувшись, решили согласиться и продефилировали к ним. Сеятрик, наблюдая за нашим весьма сексуальным по причине шествия на высоких каблуках приближением, лишь ухмыльнулся и, судя по всему, явно с трудом сдержался от того, чтобы не засмеяться. Гад! А вот капитан и представитель старшей ветви нашего будущего фиорда… оба как по команде уткнулись взглядами в тарелки, избегая смотреть на нас.

Завернув по пути к раздаточному пищевому аппарату, обзавелись ужином. Неся по подносу, уже подошли к столику, когда Ирьян, услышав зум на ручном коммуникаторе, стал слушать донесения, видимо, пилотов. Мы пока только начали активно учить эятерский, чтобы вечно не полагаться на лингвопереводчик, который нам вживили перед пробуждением.