На пятьдесят оттенков светлее

Я задыхаюсь, остервенелая.

— Ты хотел сопротивления, — говорю я, задыхаясь. Он приходит в ярость и пристально смотрит вниз, его руки, все еще сжаты вокруг моих запястий. Я помещаю пятки под его и прижимаю. Он не двигается. Ха!

— Ты не хочешь играть, правда? — спрашивает он удивленно, его глаза, освещены волнением."

"— Я просто хочу, чтобы ты занялся любовью со мной, Кристиан. — Он может быть еще более непонятливым? Сначала мы боремся и сражаемся, потом он весь нежный и милый. Все так запутанно. Я в постели с мистером Непостоянство.

— Пожалуйста. — Я прижимаю пятки к его спине еще больше. Обжигающие серые глаза ищут мои. Ох, о чем он думает? Он выглядит мгновенно сбитым с толку и смущенным. Он выпускает мои руки и откидывается на свои пятки, таща меня на свои колени.

— О'кей, миссис Грей, давай пойдем этим путем. — Он поднял меня и медленно положил на себя так, что я оказалась с разведенными ногами.

— Ах! — Это оно. То, чего я хотела. То в чем я нуждаюсь. Обняв руками вокруг его шеи, я запустила мои пальцы в его волосы, упиваясь ощущением его во мне.

— Ты затих, — прошептала я и поцеловала его плечо. Он повернулся и посмотрел на меня, с ничего не отражающим выражением. — Это забавно.

Дерьмо, что-то не так?

— Ты поставила меня в тупик, миссис Грей.

— Поставила в тупик?

Он ложится так, чтобы мы были лицом к лицу.

— Да. Ты. Командовала. Это… по-другому.

— Лучше или хуже? — Я провожу пальцем по его губам. Он хмурит лоб, как будто он не понял вопрос. Рассеянно, он целует мой палец.

— Лучше, — говорит он, но не кажется уверенным.

— Ты никогда не поддавался этим фантазиям прежде? — Я покраснела после того, как сказала это. Хочу ли я в действительности узнать еще больше оттенков моего мужа… о быстро меняющемся сексе в его жизни до меня?

Мое подсознание смотрит поверх ее очков-полумесяцев в черепаховой оправе.

— Нет, Анастейша. Ты можешь трогать меня. — Это простое объяснение, которое говорит красноречивее всяких слов. Конечно, эти пятнадцать сабов до меня — не могли.

— Миссис Робинсон тоже могла трогать тебя. — Бормочу я слова, прежде чем подумать, что я сказала. Дерьмо. Зачем я упомянула ее?

Он застыл.