На отбор вызывали?

Поиски сына Тамраса и его тревожная таинственность, резкое ухудшение здоровья короля, из которого клятва на магии крови вытягивала силы.

Его величество обещал защищать сына и принимать любой его выбор. Он именно так и поступал. Но отчего последнее время был настолько слаб?

Меня осенило. Есть еще один принц?!

Тайна рождения близнецов! Вот о чем заикнулся предыдущий сеймун, умирая на руках Эмпира. Он говорил, что унесет это знание с собой в могилу. Знание, о котором никто не должен узнать. Сам ли король отослал второго младенца подальше от дворца, или же это сделал верный подданный – теперь не важно.

– Дурак, – прошипел я, не глядя на соседа. – Самонадеянный идиот! Почему молчал? Знай я об этом раньше, то помог бы…

– Конечно! – зло перебил принц и сузил глаза. – Точно помог бы, вот только кому? Ты всегда ненавидел меня, Драген, и я уверен, тебя удручала одна лишь мысль, что когда-нибудь придется преклонить передо мной колено.

У меня вырвался горький смешок:

– Думаешь, я убил Тамраса?

– Нет, – устало покачал он головой. – Ты любил его, как отца, и это единственное, что нас объединяло. Не думал, что брат пойдет на такое… Видимо, моей смерти ему недостаточно.

– Смерти? – уточнил я и помрачнел: видимо, настоящий камердинер мертв. Значит, второй принц уверен, что победил своих врагов.

– Они подумали, что я онемел от страха, когда нас схватили в домике лекаря, – горько хмыкнул он. – Поэтому не представлял угрозы. Но на всякий случай бросили в тюрьму. Повезло, что после танцев я решил уединиться с одной из своих невест и во время переполоха с драконом побежал к Фурио…

Я задержал дыхание. Что?! Значит, именно этот напыщенный индюк вывел Светлану из бального зала? Едва сдержавшись, чтобы не сломать тонкую шею принца, я глубоко вздохнул, успокаиваясь.

– Я успел приказать пантере, чтобы убиралась из дворца, – тихо продолжал он. – Карзака, переодетого в мои одежды, уволокли, я же изобразил обморок.

– А Фурио? – деловито уточнил я, размышляя, как все же спасти ненавистного мне принца.

– Не знаю, что с ним, – помрачнел он. – Но раз я до сих пор дышу, значит, старик молчит.

– Как ваш магический резерв?

– Мы в тюрьме, Драген, – скривился его высочество.