На линии огня

Думаю, справлюсь, а нет, вместе прорываться в хвост вагона будем.

Луковцев согласился:

— Ну, давай попробуем. Попытка не пытка. Жарко стало, огонь близко.

— Успеем!

Александр вытащил трубу, поставил ее на остов пассажирской скамьи, рывком поднял его и прохрипел:

— Этого хватит. Пошел, Сеня, долго не удержу!

— Угу! Сейчас. Вышел.

Александр начал опускать трубу и тут она, не выдержав нагрузки, лопнула. Остов скамьи ударил в крышу, задев арматурину, которая ударила Черникова по лицу и правой руке. Кровь хлынула из разорванной щеки, разбитой брови, распоротой руки.

Пламя обожгло ноги. Собрав последние силы, Черников рванулся за Луковцевым. И успел перевалиться через оконный проем прямо на руки прибывших спасателей. Он увидел людей в скафандрах и потерял сознание. Команду офицера-пожарного: «В машину «Скорой» его, быстро!» — он уже не услышал."

"Выбравшуюся из разбитого, объятого пламенем вагона Злату мужчины оттащили к склону. В это время сверху начали спускаться спасатели. Пассажиров, что могли передвигаться, отправили наверх.

Поднявшись на вершину оврага, Злата остановилась и посмотрела вниз. Ни Черников, ни его товарищ все не выходили из вагона. К девушке подошел офицер спасательной службы:

— Пани, прошу пройти к машинам «Скорой помощи», там вас осмотрят и при необходимости окажут помощь.

Злата указала на вагон:

— Там два русских офицера. Это они вынесли пассажиров. Но с ними что-то случилось, они уже должны были тоже выбраться наружу.

— Разберемся. Пройдите к «Скорым», сюда подойдут пожарные машины.

Не мешайте, пожалуйста, нам делать свое дело.

— Но… русские…

— Я же сказал, разберемся.

К девушке и офицеру подбежал Марек:

— Злата, дорогая, вот видишь, все обошлось, я вызвал помощь! Пойдем отсюда, я провожу тебя. После осмотра уедем, я дозвонился из «Скорой» до друга, он уже едет сюда на своей машине.

Челенек попытался взять девушку под руку, но Злата оттолкнула жениха:

— Уйди, подонок! Трус несчастный! Ненавижу!

Марек вздохнул:

— Я понимаю твое состояние, дорогая, у тебя стресс, поэтому не обижаюсь.

Стресс пройдет, и все встанет на свои места. Главное, мы живы.

— Нет, Челенек, ничего уже никогда никуда не встанет. И будет лучше — для тебя в первую очередь, — чтобы я больше не видела твою рожу. Между нами все кончено!

Девушка пошла к «Скорой».

В одной машине врачи осматривали ее, во вторую — доставили Черникова. Девушка его не видела. Приняв капитана, врач отдал команду водителю ехать в больницу.