На линии огня

Хотя здесь можно свихнуться и без нее.

— Ты прав.

Прапорщик открыл ящик прикроватной тумбочки и воскликнул:

— О, «ТТ»! Где взял, если не секрет?

— Ребята-пехотинцы подарили.

— Хорошая вещь. Только что ты с ним делать будешь? Скоро замена, в Союз ствол не возьмешь…

— Тебе подарю.

— Ловлю на слове! Мне еще год в Афгане париться, пригодится. От «ПМ» толку как от рогатки.

— Как будто тебе часто стрелять приходится.

— Часто, не часто, а всякое может случиться. Так, отвертки нет, есть обломок стамески. И зачем он Толстому нужен был?

— Не знаю.

— Ладно, попробуем обойтись обломком стамески. Ты, командир, пересел бы на соседнюю кровать.

Черников пересел. Взводный встал на каркас кровати ротного, начал ковыряться в корпусе кондиционера. Вскоре снял переднюю панель:

— Так, есть! А ну, что здесь барахлит? Понятно. — Он взглянул на Черникова: — Коробок спичек лишний есть?

— Этого добра хватает, а зачем тебе спички?

— Дай один коробок.

Ротный протянул взводному спички. И практически тут же кондиционер заработал, как и прежде, бесшумно — дребезжание прекратилось.

— Вот так, учись, командир, пока я живой! — усмехнулся Зайцев.

— Что ты сделал?

Поставив панель на место и спрыгнув с кровати, Зайцев объяснил:

— Там, внутри, трубки. От вибрации они смещаются друг к другу. Ну, и дребезжат, как соприкоснутся. Надо развести трубки, я так и сделал, а коробок между ними вставил, чтобы больше не смещались. В общем, полный порядок.

Черников покачал головой:

— Да, техника…

— Хорошо, хоть такая есть.

— Чего новый не выпишут? На складе их шесть или семь штук стоя́т.

— А то ты нашего зампотыла не знаешь? Да он скорей удавится, чем кондер выдаст. Его же аборигенам за приличные бабки загнать можно. А ты говоришь, выдаст. Ребята обращались к нему, сказал, сдавайте сгоревший кондиционер в ремонт. В ремроту, словно там рембыттехника какая. А пока, мол, вентилятором обходитесь.

— Почему к полкану не обратились?

— Не знаю. Может и обращались. Но кондера у них до сих пор нету.

Зайцев так же закурил и присел на кровать Черникова.

— А ты, собственно, зачем пришел, Илья? — спросил ротный.

— Выпить предложить. У меня в заначке фляжка спирту имеется, подумал, почему бы с командиром в выходной не выпить?

Черников, погасив окурок, спросил:"

"— Ты по части долго мотался перед тем, как ко мне заглянуть?

— Да считай с завтрака.

— Понятно.