На линии огня

Женщины здесь вставали рано, да и мужчины тоже. Чабаны выгоняли скот на пастбище, лежавшее сразу за аулом.

Приняв доклады ликвидаторов постов, Черников посмотрел на находившихся рядом Инина и Зеленого и приказал:

— Работаем по моей команде.

Посмотрел на часы, включил радиостанцию и ровно в 5.00 сказал в эфир:

— Внимание, группа! Штурм!

Раздался хлопок, и на землю с простреленной головой рухнул часовой лагеря Али. Щебетов выполнил приказ.

Первыми с целью — левой северной землянкой — сблизились спецы 2-го отделения.

Коржов спустился по земляным ступеням к двери полевого укрытия боевиков, рывком распахнул ее и ворвался в подземелье, по обеим сторонам которого на топчанах спали бандиты Гасана. Следом за ним следовал командир отделения. От порога они ударили из автоматов по спящим бандитам.

Одновременно к двум другим землянкам подошли бойцы третьего отделения: капитан Черевич и прапорщик Васягин к одной, старший лейтенант Тюленин и прапорщик Волчаров — к другой.

Понимая, что стрельба в первой землянке не могла быть не услышана в других, а также в палатке и блиндаже, было принято решение забросать их гранатами «Ф-1». Что офицеры третьего отделения синхронно и сделали. Прапорщики выбили двери, и внутрь полетели мощные гранаты. Бойцы выпрыгнули из ступенчатого коридора, вышли из потенциально опасной зоны, где их могло посечь осколками. Прогремели взрывы. Над лесом поднялась стая потревоженных птиц.

В это же время позиции обстрела палатки заняли прапорщики Бокатко и Рубко.

А с тыла к ней подошли майор Волин с Романовым и Щебетовым. Они одновременно открыли огонь по наземному укрытию десяти бандитов, расстреливая его с фронта и левого фланга, дабы не оказаться на линии огня. Бойцы прекратили стрельбу, пропустив выход из леса к блиндажу основной штурмующей подгруппы под командованием командира «Шторма» подполковника Черникова, и возобновили огонь, как только Александр с подчиненными подбежал к блиндажу.

Выстрелы и взрывы разбудили главарей банды.

Но после бурно проведенной ночи с рабынями и выкуренной при этом большой дозы марихуаны, не выспавшиеся, они плохо соображали.

Курбанов, подняв голову, мутными глазами уставился на вставшего с топчана Гасана:

— Что это, Мамед?

— Что? Так это же… нас кто-то атаковал. Шайтан, зажги лампу, Иса!

— Но кто может нас атаковать?

— Какая разница? За оружие! Черт, где автоматы?!

— В кладовке! — ответил Курбан.