На линии огня

Из парка Александр вышел на улицу и не спеша пошел домой.

Кулагин пришел в себя около шести. Поднялся с софы, посмотрел на Черникова мутными покрасневшими глазами:

— У нас там похмелиться осталось?

— Да есть немного.

— Дело!

Кулагин прошел на кухню, выпил сто граммов водки.

— А где Семен?

— В части.

— Чего он туда пошел?

— Вас искали, он и пошел.

— Блин! Завра опять мозги вправлять будут.

— Так ты сам на это напрашиваешься.

— А что делать, раз с катушек слетел?

— Мой тебе совет: не пей сегодня.

Выспись, а завтра прямиком к командиру дивизиона. Он у вас мужик толковый, нормальный. Поймет — поможет! Ну, без выговора не обойдешься, но что такое выговор? Надо в себя приходить, Андрюха.

Кулагин, соглашаясь, кивнул:

— Все ты верно говоришь, Саша, только не знаешь, как мне плохо.

— Знаю. Потому и хочу помочь.

— Тогда, если разрешишь, я до утра у тебя останусь, ладно? А то дома опять скандал с Викой ждет. Не выдержу, уйду в винарню, а поутру… ну ты сам знаешь.

— Оставайся.

В спальне раскладушка, в гардеробе белье.

— Ты сам, что ли, стираешь простыни, наволочки?"

"— Нет. Здесь, у чехов, насчет этого сервис на уровне. По телефону, что в прихожке на стене висит, можно и еду заказать на дом, и из прачечной рабочего вызвать, и даже бригаду уборщиков. Так что пользуюсь чешским ненавязчивым сервисом.

— Так на этот сервис никакой зарплаты не хватит.

— Ошибаешься. Расценки на удивление небольшие.

— Да? Умеют жить, рогалики!

— Умеют! Короче ты устраивайся, да отходи от пьянки.

Если совсем хреново станет, в холодильнике бутылка пива стоит. Но это НЗ употреблять только в крайнем случае.

— Понял. А ты, что уходишь?

Александр кивнул:

— Да, прогуляюсь.

— Пойдешь в свой гостинец?

— Ну, во-первых, гостинец не мой, во-вторых, почему бы и нет — ведь одна из девушек, которую мы вытащили из горящего вагона, работает там.

— Злата? Да ты что? Серьезно?

— Вполне.

— Тогда другое дело.

Черников переоделся, вышел из дома.

У подъезда с ним впервые за все время проживания среди чехов поздоровался пожилой мужчина с 3-го или 4-го этажа, ранее демонстративно не обращавший на Александра никакого внимания:

— Здравствуйте, пан офицер!

— Здравствуйте!

— Я каждое утро в рабочие дни езжу в соседний поселок мимо вашего гарнизона. Мог бы брать вас с собой.

— Благодарю, но здесь недалеко. Весьма признателен за предложение.

— Ну что вы? Все мы люди!

— Да, все мы люди! Благодарю.