На милость победителя (СИ)

– Как станешь любовников водить в перерыв, я и не узнаю ничего…

Камилла почувствовала, будто ее ударили. Настроение сразу испортилось, а погожий солнечный денек в одночасье померк.

– Рома, – остановилась она посреди улицы. – Научись мне доверять, пожалуйста. Иначе будешь в слепых играть с кем-нибудь другим, а сына или дочь видеть по выходным.

– Милочка, – пробормотал он, всплеснув руками. – Что-то я брякнул не подумав. Пойдем, вымолю у тебя прощение.

– Не хочу, – дернулась она. – Тебе лучше вернуться на фабрику, а я пойду к Дуське.

– Поплачешься на горькую судьбину? – усмехнулся Роман.

– Нет, я не стану обсуждать своего мужа. Это неправильно. Но и сейчас оставаться с тобой не хочу. Любое твое недоверие больно ранит меня. Или ты перестанешь меня обвинять в несуществующих грехах, или мы разведемся.

– Глупости, – скривился Демьяновский. – У меня язык без костей. Мелю всякую чушь. Ты уж прости меня… Это же надо было так обломаться, – криво усмехнулся он и предложил миролюбиво: – Пойдем, моя девочка, провожу тебя…

– Я сама дойду, – негодующе фыркнула Камилла и даже руку сняла с его предплечья.

– У нас сегодня свадьба, Милка, – улыбаясь заметил Роман. – Именно этот день станет со временем историческим. И его мы с тобой будем вспоминать лет так через тридцать. Как шли по улице и вдруг поссорились. Нас как-то слишком быстро расписали. Спасибо Костику, – скривился он и здоровой рукой притянул жену к себе. – Ни цветов, ни фаты, ни гостей. Врасплох застали, короче.

– Отличная идея, – сквозь слезы улыбнулась Камилла. – Я люблю тебя. А цветы и фата важны, конечно, но главное все-таки – чувства и абсолютное доверие. Если они отсутствуют, то никакие цветы, кольца и десять метров фаты не помогут, – прошептала она и добавила тихо: – А ты действительно хочешь со мной тридцать лет прожить?

– Не-а, – отмахнулся Роман, – не хочу, – улыбнулся ласково.

– Ты действительно этого хочешь? – радостно изумилась она.