Освобожденный любовник

— У тебя была трудная жизнь, да?

— Да, но это пошло мне на пользу.

Джейн резко обернулась.

— Господи, Манелло. Ты напугал меня."

"— Прости. Просто хотел проверить, — заведующий подошел с другой стороны кровати, окинув пациента взглядом. — Знаешь, я не думаю, что он выжил бы под чьим-то другим ножом.

— Ты видел фотографии?

— Его сердца? Да. Я хочу послать их парням в Колумбию для беглого обзора. Можешь спросить их мнение, когда поедешь туда.

Она пропустила фразу мимо ушей.

— Группа его крови не определяется.

— Серьезно?

— Если он даст согласие, я думаю, мы должны обследовать его прямо до хромосом.

— О, да, твоя вторая любовь. Гены.

Забавно, что он помнил. Она, наверное, всего раз упомянула о том, что чуть не занялась исследовательской работой по генам.

Как наркоман, Джейн представила внутренности пациента, увидела его сердце в своей руке, чувствовала орган в своей хватке, когда она спасала ему жизнь.

— Он может стать потрясающим клиническим случаем. Боже, я бы с удовольствием изучила его.

Тихое пиканье аппаратуры непрерывного наблюдения, казалось, нарастало в их молчании, и только несколько минут спустя осознание чего-то защекотало затылок Джейн. Она подняла взгляд. Манелло смотрел на нее с каменным лицом, затвердевшим подбородком, и низко опущенными бровями.

— Манелло? — она нахмурилась. — Ты в порядке?

Избегая его взгляда, она посмотрела вниз на простыню, которую свернули и подоткнули под руку пациента. Она безучастно погладила белое полотно — пока это не напомнило ей кое-что, что часто делала ее мама.

Она остановила руку.

— Ты можешь найти другого хи…

— К черту отделение. Я не хочу, чтобы ты уезжала, потому что… — Манелло запустил руку в свои густые темные волосы. — Господи, Джейн. Я не хочу, чтобы ты уезжала, потому что я буду чертовски скучать по тебе, и потому что… черт, ты нужна мне, ясно? Ты нужна мне здесь. Со мной.

Джейн, по-дурацки моргнула. За последние четыре года не было ни намека на то, что его влекло к ней.

Паршиво.

Этот парень был самым горячим на территории больницы. А она была женственна как… окей, как операционный стол.

Ну, фигуристая, точно как стол.