Освобожденный любовник

Молчание затянулось, она скрестила руки на груди.

— Послушай, малыш, у меня есть целая ночь и я могу быть конкретной сукой, если сконцентрируюсь. Так что ты можешь изображать из себя болванчика сколько угодно. Я никуда не уйду, так же как и ты.

Наушник Хекс ожил, и когда вышибала из бара замолчал, она сказала:

— Хорошо, веди его сюда.

Через долю секунды раздался стук в дверь, когда она ответила, вошел ее подчиненный, ведя перед собой рыжего вампира, который передал ребенку пистолет.

— Спасибо, Мак.

— Без проблем, босс. Я возвращаюсь в бар.

Она закрыла дверь и уставилась на рыжего. Он прошел превращение, но не до конца: он вел себя так, как будто не мог приноровиться к своему настоящему размеру.

Он запустил руку во внутренний карман своего блейзера, и она сказала:

— Вытащишь что-либо, кроме своего удостоверения личности, и я лично отправлю тебя на носилки.

Он остановился.

— Это его удостоверение.

— Он свое мне уже показал.

— Но не настоящее, — парень протянул руку.

Хекс взяла ламинированную карточку и пробежала глазами по буквам на Древнем Языке, что были выписаны под фотографией. Затем взглянула на мальчишку. Он отказывался встречаться с ней глазами, просто сидел, обняв себя руками, выглядя так, будто мечтал раствориться в этом кресле.

— Черт. Мне сказали, что я должен буду и его тоже предъявить, — сказал рыжий. Он передал толстый лист бумаги, который был сложен квадратом и опечатан черным воском. Когда она увидела эмблему, то снова выругалась.

Королевский герб.

Она прочла чертово письмо. Дважды.

— Не возражаешь, если я оставлю его у себя, Рыжий?

— Не возражаю. Пожалуйста.

Свернув бумагу, она спросила:

— Где твое удостоверение?

— Вот.

Еще одна ламинированная карта легла ей в руки.

Она проверила его, отдала обе карты обратно.

— В следующий раз, когда придете сюда, не стойте в очереди. Подойдете к охране и назовете мое имя. Я выйду и проведу вас.

Она взяла пистолет.

— Это твой или его?

— Мой.

"Она вставила обойму обратно и щелкнула прикладом, протянула его молчащему парнишке дулом вниз. Его руки не тряслись, когда он взял его, но вещь выглядела слишком большой для него.

— Не используй его кроме как для самозащиты. Ясно?

Парень кивнул один раз, оторвал от кресла задницу, и опустил пушку в тот карман, из которого она ее достала.

Черт подери. Это был не простой претранс.