На изломе алого

Словно песок скрипел на зубах, царапало душу дурное предчувствие скорой неудачи. Сначала покупатель сбил цену на картину испанца, настояв на собственной экспертизе и намекнув на риски после вполне удачной продажи копии. Затем посредник прямым текстом потребовал показать боярыню Ямщикову, хотя Геннадий в разговоре с последним и позволил себе лишь намек, что картина может находиться у него, предложив найти покупателя на качественную подделку. Кто бы мог подумать, что исчезновение Вишневского, этого упрямого, списанного со счетов старика, так аукнется в мире черного рынка торговли картинами.

С его пропажей цена не возросла, она упала втрое меньше того, на что бизнесмен рассчитывал. Никто о похищение и возможное убийство мараться не хотел, и интонация разговора с посредником изменилась. Шкуратов не видел его лица, но нутром чувствовал предупреждение. Из короля он вмиг превратился в фигуру достоинством ниже, которой не пожимали рук, и с которой смелее торговались. Спрос оставался, но менялся вопрос цены и уважения, и вот это выводило Геннадия из себя.

Чертовы снобы вне закона! Что они знали о жизни? Что они знали о нем? Цель всегда оправдывает средства, так звучало его кредо, и оно еще никогда не подвело.

Дайте время, он им покажет. Открыто всколыхнет художественный мир звуком своего имени и заставит с собой считаться, как мечтал. Он добьется признания и пожнет лавры в лучших галереях искусств Европы. С появлением в его доме девчонки наконец осуществит мечту. Не так уж трудно был рабовладельцем, когда риск того стоит.

Он видел ее наброски – фигуры с крыльями, штормовое море, гранитные утесы и птицы. Пронзивший шторм алый рассвет. Хмурое лицо мужчины. Александра работала быстро, стремительно, когда забывалась и уходила в себя. Он любил за ней наблюдать. Поразительно, как природа не поскупилась на этот раз. Вложила талант такой силы и глубины в совершенное свое творение. Недаром хитрый старикан ее боготворит.

Сегодня разговор с ней вновь не получился, и это тоже добавило мужчине нервозности. Вмешалась Ирма. Хотя он запретил ей, во время его визита пришла в пристройку и такой ошибки своей любовнице он простить не мог.