На грани счастья

Но когда Юлька представила их друг другу, Дашка на мгновение встретилась с ним взглядом и…

«О господи!» — снова тюкнуло в голове, как заевшая старая пластинка.

Высокий, сухощавый, лет за тридцать пять, темные, слегка вьющиеся волосы, с нитками седины, нос с горбинкой, чувственные губы с намеком на снисходительную улыбку правым уголком, волевой подбородок и серо-голубые с металлическим отливом глаза.

У нее возникло ощущение, что она его узнала, некое иное чувство узнавания, не так, как человека, которого когда-то точно видел и пытаешься безуспешно вспомнить, где и при каких обстоятельствах.

Этого Игоря Николаевича, как представила его Юлька, она не видела никогда. Уж это точно!

Несколько застопорившихся мгновений они пробалансировали в перекрестье взглядов, как перед озарением, когда ты совсем близко, на грани понимания того, что тщетно пытался понять, но Юлька что-то сказала, и момент растаял легким дымочком. И Дашка, чувствуя неловкость перед самой собой, поспешила смыться.

И всю дорогу домой перед ее мысленным взором стояли его лицо, и эта кривая, потрясающе эротичная, немного саркастическая усмешка правым уголком губ, и его серо-голубые глаза. И этот странный взгляд.

И она вдруг на себя так разозлилась! Прямо ух!

И, пользуясь тем, что находится в лифте, поднимающем ее домой, одна вслух наподдавала себе остужающих выводов:

— Так! Он с Юлей, а это уже диагноз! Клиника! Или такой же, как она, или до такой степени циник, что ему по фиг, что думает и говорит женщина! Ну и аминь!

И мысленно добавила: «И как говорится: счастья! А за Юльку можно только порадоваться!»

Дашка вспоминала его.

Не каждый день, разумеется, за работой и семейными делами не до отвлеченных мыслей, но почему-то, когда делала новую книжку, часто думала именно о нем. Может, поэтому сюжет сам собой получился о рыцарях, состязаниях-подвигах и, разумеется, с главным призом в финале — прекрасной принцессой. Даже главный герой, самый-рассамый рыцарь, у нее получился на него похож.

Впрочем, все это ерунда, и она отмахивалась от изредка всплывающего воспоминанием образа этого непонятного Игоря Николаевича.

Через три месяца, в середине мая, у Лизки был день рождения, аж пять лет барышне их исполнилось! Возраст!

Дашка воспользовалась служебным положением и закатила праздник с кучей приглашенных детсадовских и дворовых Елизаветиных друзей, которых родители доверили Дарье и еще трем мамочкам.