Мы с тобой

Наверное, он в глубине души всегда это знал, и чувство вины не позволяло ему ей позвонить. Он всю жизнь слишком много от нее брал и слишком мало давал ей взамен.

Как она могла думать, что он все еще мог хотеть Джианну после того, что у него было с ней, Люси-Энн?

– Нет. Я не хотел на ней жениться. Мы разорвали помолвку. Я знал, что это было неизбежно. Джианна просто заговорила об этом первой.

Люси-Энн кивнула:

– Я ценю твою откровенность, но меня по-прежнему смущает тот факт, что ты вернулся к ней сразу после того, как мы… Меня это беспокоит, но я над собой работаю.

Конрад посоветовал ему раболепствовать перед ней, но он по-прежнему не знал, как ей угодить.

– Спасибо за честность. Теперь я, по крайней мере, знаю, что является камнем преткновения в наших отношениях.

Эллиот молча уставился на дорогу впереди. Раболепствовать оказалось сложнее, чем он думал.

– Когда я жил со своим отцом, меня больше всего пугала неопределенность. Нет, я не хочу сказать, что было бы лучше, если бы он бил меня каждый день.

– Мне так жаль, – сказала Люси-Энн, положив руку ему на колено.

– Я знаю. Ты всегда мне сочувствовала. – Он накрыл ее ладонь своей. – Я всегда знал, что это ты в шестом классе проколола шины пикапа моего отца после того, как он до полусмерти избил мою мать.

Она резко выпрямилась:

– Откуда ты это знаешь?

– Ты сделала это, пока я был на ярмарке научных проектов учащихся, чтобы он не смог меня обвинить и выместить на мне свой гнев.

– Да. Я не могла допустить, чтобы он уехал и ему все сошло с рук. Он должен был ответить за то, что сделал, но, к сожалению, мои старания ни к чему не привели.

– В конце концов он ответил за все свои злодеяния.

– Полагаю, в том, что он погиб в пьяной драке, когда ты был в исправительной школе, есть высшая справедливость.

Ее слова удивили Эллиота.

– Ты кровожадная.

– Я готова быть такой, когда речь идет о людях, которые мне дороги.

Люси-Энн превратилась в женщину, достойную восхищения. Точнее, она всегда была удивительной, просто он до недавнего времени этого не замечал. От этой мысли его чувство вины усилилось. Он не ценил Люси-Энн и должен сделать все возможное, чтобы стать достойным ее.

Он должен убедить ее стать его женой.