Мы просто дружим

За границей начинаешь привыкать, что, говоря на русском, как будто общаешься на тайном языке, который окружающие в основном не понимают. Пора было отучаться от этой пагубной привычки.

Тем не менее соседство оказалось и правда не очень комфортным. Каюта была явно мала для трех взрослых и одного неуемного, очень живого и любопытного малыша.

– Если хотите, мы выйдем, пока вы будете его укладывать, – предложил Саня, видя, что ребенок никак не успокаивается, излишне взбудораженный присутствием чужих людей.

– Не откажусь, – измученная мама благодарно кивнула, и Саня с Женей вышли на палубу, предусмотрительно прихватив с собой куртки и одеяло.

Лето летом и юг югом, но ночью, когда с моря веет влагой и холодом, тут можно здорово продрогнуть.

– Не очень повезло нам с каютой, да? – тихо проговорила Женя. Паром плыл сквозь ночь и море, и вокруг них в полной темноте ласково шумели волны.

– Нам только до утра здесь перекантоваться, – Саня обнял ее за плечи и прижался губами к шее, согревая дыханием чувствительное местечко сразу за линией роста волос.

 – Но согласен: удовольствие ниже среднего. И для нас, и для нашей соседки.

– Особенно ребенка жаль, – добавила Женька, – он еще слишком маленький для такого путешествия.

– Фиг знает, – пожал плечами Саня. – Нас родители постоянно таскали куда-то. То в поход всей семьей, то к бабушке в Воронеж на поезде. А однажды отец получил какую-то большую премию, плюс дед подкинул денег, и мы все вместе на море поехали. В Севастополь.

Офигенно было! Правда нас тогда всего четверо было: Левка с Лизой еще не родились. И Машка совсем маленькая, ей около года было. К чему я все это? А, к тому что, конечно, сложно путешествовать с детьми, но для самих детей это кайф. Я помню, как нам нравились все эти поездки. Целое приключение! Спать в палатке, например. Мы брали фонарики и рассказывали страшные истории. Ваня их особенно жутко рассказывал, мы пиздец как боялись. Один раз он так нас запугал, что Колька натурально обоссался. Прямо в спальном мешке. Ты не представляешь, как нас потом ругали родители!

Женька рассмеялась, в груди растеклось непрошеное тепло. Она первый раз видела, чтобы Саня с таким удовольствием вспоминал о семье. Может, он, конечно, и считал, что его детство было ужасным, но похоже, что счастливых воспоминаний тоже хватало, несмотря на невыносимую тесноту и невозможность иметь свое личное пространство.

– Я тебе немного завидую, – призналась Женя.