Мы просто дружим

– Эм, тебе в туалет надо? – хрипло спросил он, быстро натягивая на задницу шорты.

– Надо, но я лучше к себе в номер пойду. Светло, уже не страшно. Спасибо, что пустил переночевать, – сбивчиво поблагодарила его Женя.

– На завтраке встретимся.

– Ага.

Утром отель уже не выглядел так мрачно. В нем по-прежнему было малолюдно, но хотя бы какие-то постояльцы появились: на завтраке, кроме них с Саней, было еще человек десять.

Саня был свеж, чисто выбрит и благоухал одеколоном. Утренняя неловкость забылась, и он пребывал в отличном настроении.

"– Жень, тебе просто почудилось, – покачал головой Саня, когда она ему рассказала о вчерашних ужасах. – Ну подумаешь, прошел человек мимо или ветка в окно стукнула, ничего такого в этом нет. А вообще, здание старое, может, это мыши или крысы за стенами бегали.

– Крысы еще хуже, чем привидения, – буркнула она.

Умом Женя понимала, что Саня прав. Но ощущение иррационального ужаса, которое она вчера испытала, не подходило ни к одному из разумных объяснений.

Она еще раз зашла на букинг, просмотрела описание отеля, отзывы (их, кстати, было довольно мало, странно, что она не обратила на это внимание раньше), а потом перешла на сайт отеля, на который раньше не ходила.

– Знаешь что здесь было до войны? – сдавленным голосом сказала она. – Дом для умалишенных. А потом уже его переделали в отель, буквально лет десять назад.

– И что? – закатил глаза Саня. – Считаешь, что к тебе явились призраки тех сумасшедших, кто умер в этом доме? Жень, ну это полная чушь. Ты же не веришь во всю эту ерунду.

– Не верю, – тихо согласилась Женя. – Призраков не бывает, я в курсе. Но знаешь… я счастлива, что мы в этом отеле всего на одну ночь. И номер я здесь больше никогда бронировать не буду, даже если они их начнут бесплатно раздавать.

До Лихтенштейна они добрались за два часа.

– Альпы – это любовь! – восхищенно вздыхала Женя, в сотый раз пытаясь на ходу сделать фото этой красоты. И в сотый раз убеждаясь: невозможно. Не передают фотографии ни величия гор, нависающих над тобой, ни открыточной зелени лугов, ни удивительной свежести воздуха, похожего на глоток студеной воды.