Мы будем вместе, я знаю!

Не слишком крепко и не очень долго, иначе, уже не смог бы выпустить, разрушая, тем самым, все ее планы. — Ужин готовить не будем, а закажем из ресторана. Кроме того, я прихватил твоих любимых пирожных…

— Данька, может хватит уже! — возмущенно ударила она меня кулачком в грудь. — Я же по твоей милости и собственной слабохарактерности скоро не в одно платье не влезу. Растолстею и превращусь в клушу.

— Не растолстеешь, — прижался я губами к ее шее. — А если даже и так, то мне все равно!

Какое-то время мы еще целовались и с великим трудом нашли в себе силы прервать этот невероятно приятный процесс.

Потом мы ставили елку, и к моему удивлению, я получил от этого много радости и новых впечатлений. А когда по квартире разнесся аромат свежей хвои, то и вовсе понял, как много я терял каждый Новых год, встречаемый без елки. Ну и об ужине мы позаботились заранее. Подгадали все так, что доставили его аккурат, как елка уже красовалась в станине.

На стол накрыли очень быстро, ибо оба успели сильно проголодаться.

Прежде чем приступить к выполнению своего плана, я дал нам немного насытиться. Да и на сытый желудок смелости во мне прибавилось.

— Насть, есть разговор, — начал я немного издалека."

"— Да? — вскинула она на меня глаза. — Что-то серьезное?

— Это как посмотреть…

Глава 45

Я была так счастлива! И на то имелась веская причина.

День сегодня начался как обычно. Мы с Даней носились по квартире, собираясь на работу. Это повторялось изо дня в день: утром звенел будильник, мы его выключали и, как следствие, просыпали.

Ну а потом суматоха-суматоха утра… но это же и было весело до безобразия. В такие моменты я чувствовала себя девчонкой, которой нужно обязательно успеть к первому уроку, чтобы не получить нагоняй от учителя. А ведь я практически никогда не просыпала в школу, как и в институт потом. Мои детство и юность были наполнены порядком и собранностью. Дома… И лишь вне его стен я позволяла себе расслабиться и насладиться жизнью. А когда в ней появился Даня, то в стенах дома и вовсе находиться стало сложно. Моя жизнь словно разделилась на две — противоположные друг другу.

На работе тоже все шло по плану, хоть и привычно суматошному, пока ближе к обеду мне не позвонил Александр Брониславович и не предложил пересечься в кафе.

— Заодно и покормлю тебя, — проговорил он тоном, не терпящим возражений.

Собственно, ничего против я не имела, потому как уже сильно проголодалась. Да и если тренер звонил, значит, дело было срочное.