Музыкальная шкатулка Анны Монс

И делать подарки, недорогие – ведь они ничем пока друг другу не были обязаны, – но драгоценные, ведь каждый такой подарок был выбран с любовью.

Для нее.

Это не было поклонением, это было проявлением взрослого, зрелого чувства. Так казалось принцессе. И когда ее принц сделал ей предложение – он робел и розовел, словно и правда боялся, что ему откажут, – принцесса едва не заплакала от счастья.

А старуха взяла – и все испортила.

Проверила она принца и выяснила… Конечно, ни одному ее слову девушка не поверила.

– Пожалуйста, – спокойно ответила старуха, выдержав этот наплыв девичьей ярости. – Это твоя жизнь, и ты, конечно, можешь делать с нею все, что сочтешь нужным. Я не стану тебя отговаривать. И не стану поддерживать. Если ты уверена, что будешь счастлива с этим человеком, то мое согласие тебе не нужно.

Согласие не было нужно, а вот деньги – дело другое…

– Он ведь зарабатывает, и неплохо, – старуха закурила. Курила она какие-то на редкость мерзкие, вонючие сигареты. – Ты имеешь квартиру, которую я не стану у тебя отбирать. Живите…

Квартира? И все?!

– Ты же не думаешь, что я продолжу содержать тебя после свадьбы?

Именно об этом принцесса и думала.

– Это не твои деньги!

Во всяком случае, зарабатывал их отец вовсе не для старухи.

– Не мои, – согласилась бабка. – Это деньги твоего отца, которыми мне доверено распоряжаться.

Тридцать?! Да принцесса не доживет до возраста столь почтенного!

Зачем ей деньги в старости? Ей они сейчас нужны!

– Дорогая, – бабка попыталась ее успокоить. – Если твой нареченный и правда тебя любит, он сделает все возможное, чтобы ты была счастлива. Просто расскажи ему обо всем…

Так девушка и поступила.

Она отнюдь не была наивна и поняла, чего именно добивалась старуха, но… до последнего надеялась: бабка ошибается.

Да и сердце ей подсказывало, что…

Сердце оказалось разбито – вдребезги.

Нет, принц не сбежал тотчас, но… он изменился. Куда подевались его прежнее понимание и готовность прибыть к ней по первому зову? Ласка. Нежность…

Любовь?

– Прости, я занят, – все чаще слышала принцесса. – Я ведь должен заботиться о нас.