Мужчина из научной фантастики

Мы переглянулись с Джимом, и я поняла, что честь ответить на этот такой простой и одновременно такой сложный вопрос опять выпала мне.

– Побратима – это что-то среднее между сестрой и лучшей подругой. У мужчин так же. Обычно это делается следующим образом. Два гуманоида, один из которых обязательно должен быть ракшем, решают стать побратимами. Идут в специальное учреждение, заполняют бумаги, платят налог и приобретают статус родственника в отношении друг друга.

– А количество ограничивается? – спросила Громова.

– Нет, но более трех родственных связей никто не регистрирует. Это не принято."

"– Но почему люди вообще на это идут? – спросила Кира.

– Это акт доверия и выражения привязанности, – сказал Джим. – У каждой расы есть свои обычаи и правила. Этот статус сглаживает все. А у ракшей открывает путь в семью. Например, родственники Жени помогут Фисе, но и к ней в случае чего обратятся за помощью. Но если говорить конкретно, то никто уже не помнит, почему все именно так сложилось. Но тем не менее что есть, то есть.

Личных отношений в вечерних разговорах мы не касались. Ракши вообще не склонны были распространяться на эти темы. Для Киры этот вопрос являлся больным после попыток семьи выдать ее замуж. А мне нечего было рассказывать.

Ребята в группе стали относиться ко мне как к товарищу и как девушку уже не воспринимали. По крайней мере как девушку, с которой можно завести отношения. Но оно и к лучшему. Начинать роман с человеком, с которым тебе предстоит проучиться десять лет, – это как-то несерьезно.

Глава 18

Время шло, я потихоньку привыкала, и только мои дни начали хоть отдаленно походить на будни, как первый год моего обучения подошел к концу и на горизонте замаячили экзамены.

Как-то вечером, когда я подходила к своему боксу, мне случилось около двери столкнуться с куратором.

– Чем-то могу помочь, сэр?

– Да. Мне нужно с вами поговорить по поводу предстоящих экзаменов.

– Конечно, сэр. Давайте пройдем в бокс.

И, открыв дверь, я пропустила командира внутрь. Он уже привычно прошел в гостиную и, расположившись в кресле, посмотрел на меня.

– Кофе, сэр?

Чуть улыбнувшись, Ремарк ответил:

– Не отказался бы.