Муж напрокат

— А хлеба можно?

— Ася пошла за хлебом, — бормочет младшая, стараясь соединить неподходящие друг к другу детали лего.

— Значит, я подожду. — Откладывает он ложку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Обычно она долго ходит. Пока цветы соберёт, пока жуков пересчитает на березе, ещё у неё коллекция камней.

— Я попросила её побыстрее, — говорю как можно ласковее.

Стараюсь как-то сгладить ситуацию.

— Ага, — продолжает Ника впихивать в очередную деталь конструктора невпихуемое.

— Ладно, тогда я, пожалуй, поем. — Пододвигает к себе тарелку Афанасий, запускает в жижу ложку, пробует, а потом сообщает: — Холодный суп.

Как же неловко. Опять опростоволосилась. Я так хочу, чтобы девочки ему понравились. Потому что я не смогу жить с мужчиной, если он не поладит с моими детьми. Не то, чтобы я мечтала выйти замуж за Афанаия, но он хороший, перспективный, и Михайловна права: девочкам нужен отец.

— Ой, прости меня, пожалуйста, я совсем забегалась, — понимаю, что забыла разогреть суп.

— Я тебе помогу. — Афанасий пытается встать и отнести суп на кухню, но неожиданно в процесс вклинивается Ника.

Она старается ему помочь и, схватившись за край, тянет тарелку на себя. Он же не отпускает. Но Ника у меня упрямая. Я привыкла и зачастую не обращаю внимания, но неподготовленного человека подобное поведение шокирует. Тем более мужчину, который, конечно же, считает, что мелкая козявка должна его тут же послушаться и встать по стойке смирно.

— Давай дядя Афанасий отнесёт тарелочку на кухню сам, — он старается как может, цедит сквозь зубы, надавливая.

Ника не обращает внимания и тянет. Но мужики же не любят, когда с ними спорят, тем более те, у которых нет детей, и особенно работающие на должности."

"В общем, перетягивание каната оканчивается тем, что Ника опрокидывает тарелку на Афанасия.

Я в ужасе замираю, увидев на его белой рубашке капусту, а на брюках огромное мокрое пятно.

— Ты что натворила?! Это же новые брюки и рубашка! — Вскакивает Афанасий.

Тарелка со звоном летит на пол. Замглавы хватает Нику за руки. Та испуганно жмётся. А я ругаю девочек сама, воспитываю как могу, но, когда кто-то повышает на них голос, не могу этого выдержать, моментом превращаюсь в фурию.

— Афанасий, не кричи на ребёнка и отпусти её руку. Ника, иди, пожалуйста, в свою комнату.

— Он всё равно мне не нравится! — кричит младшая и убегает.